Алеха подсчитал улов. Тридцать восемь автоматов Калашникова, шестьдесят четыре пистолета – «макаровы», «стечкины», магазины, обоймы, гора патронов на все стволы. Жаль, гранат не было. Десяток «лимонок» не помешало бы…

– Круто, пацаны, очень круто! – радовался Алеха.

Одна только мысль огорчала его. Все это богатство достанется Крюку. Но другая мысль успокаивала. Он смог вооружить целую бригаду. Эта заслуга выведет его вровень с тем же Киром и Серым. А возможно, он затмит самого Крюка. И когда тот отбросит копыта… Алеха очень хотел стать бригадиром. И он им станет. Ради этого он готов на все.

Машину загнали далеко в лес. Четыре часа Бобрик и Тарас по очереди орудовали лопатой. Надо было сделать схроны для оружия. Не возить же арсенал с собой. Тем более что от машины надо было избавляться.

Сжигать «таблетку» Алеха не стал. Смысла не было. Ее бросили возле города, а домой к Лерке добрались пешком.

Девчонки были уж дома. Все пьяные в дрезину. Мало того, еще и красненьким балуются. Но на ногах держатся. И веселые. На столе ополовиненная бутылка бормотухи.

– Нормально все? – спросил Алеха.

– Лучше не бывает! – хихикнула Лерка.

– Нагулялись?

– Еще как!.. Знал бы ты, как Рома нам обрадовался!

– Как?!

– А в зюзю на радостях уклюкался!

– И это на дежурстве? – с притворным осуждением покачал головой Бобрик. – Беспредел!

– Беспредел, – в тон ему подтвердил Алеха.

– Он еще и баньку натопил, – жеманно повела бровью Людка.

– Сам, что ли, топил?

– Зачем сам? Каптерщика позвал. Хороший мальчик. Я его попробовала. Вкусно!

– И водка пьяная, – подсказал Тарас.

– Ага, пьяная. И веселая. Повеселились, жуть! Еще охота…

– Мы еще в разведчиков играли, – сообщила Сонька.

– Это как?

– Ты что, фильмы про войну не смотрел? Там это, вояки в пилотках, в плащ-палатках. К немцу подкрадываются, да и нож ему в сердце… Так мы тоже часового сняли.

– Что, ножом в сердце?

– Зачем ножом? Мы ему стрелу амура в сердце пустили. Он потом за нами гонялся.

– Кого догнал?

– Меня и догнал. Я его согрела…

– Чем? Своим телом?

– Не-а, сначала в баньку его отвела. Ну а потом…

– Так в баньке же Рома был.

– Ну и что? Я же говорю, он так наклюкался, что ничего не понял…

– А как же служба?

– Полная демобилиза… деморализация вверенной ему части! – бодро отрапортовала Лерка. – Товарищ генерал, с поставленной задачей справились!

– Какая поставленная задача? – изумленно вскинул брови Алеха. – Никакой задачи не была. Я ради вашего блага старался. И чтобы Рома на дежурстве не скучал… Он и сейчас пьяный?

– Не знаю… Он утром очнулся, сказал, что командир скоро приедет. Мы его в холодный бассейн кинули. Вроде протрезвел…

– А сами?

– Сами огородами и к вам. Чисто как партизаны.

– Если партизаны, то вас и сейчас на подвиги должно тянуть, – решил Алеха.

– Само собой! В наших сердцах всегда есть место для подвига!

– И не только в сердцах… – хихикнула Людка.

– Бери на метр ниже! – подсказала Сонька.

– И возьму! – осклабился Алеха.

Он схватил Соньку за руку и потащил в спальню. Как всегда, после жаркого дела тело требовало разрядки.

Тарас потянулся к Лерке. Но Алеха его осадил.

– Тормози, братан! У нас теперь договор! Она только со мной спит!

– Тогда я тебя жду, дорогой! – весело помахала ему рукой Лерка.

Ей было наплевать, что Алеха собирается трахнуть ее подружку…

Алеха разделался с Сонькой, затем затащил в постель Лерку, разрядил в нее остаток сил. И с чувством исполненного долга крепко заснул. Скоро во всей квартире установилось мертвое царство.

Проснулся Алеха, когда за окнами стояла темнота. Вокруг все спят. И у него глаза слипаются. Давала знать о себе бессонная ночь. Не мудрствуя лукаво, он снова закрыл глаза и задал храпака.

А утром его разбудил звонок в дверь. Лерка разодрала глаза и, как была голая, поперлась к двери. В прихожей послышался голос Крюка:

– Все трахаешься?

– А что, нельзя?

– Если со мной, то можно.

– С тобой нельзя. Макс не разрешает!

– Ни фига себе заявочки!.. – развеселился Крюк.

К тому моменту, как он ввалился в спальню, Алеха уже натянул штаны.

– Все бухаете? – спросил бригадир.

– А чем еще заниматься? Сам же нас здесь запер…

– Я смотрю, тебе, Макс, такая жизнь по кайфу. Телок полный дом, бухла навалом!