– Ой, кто это? – непроизвольно вырвалось у Егорова.

– Это моя Шунечка, – с достоинством представила лохматую болонку открывшая дверь хозяйка квартиры. Причем произнесла это таким тоном, словно ее питомица являлась прямым потомком любимой болонки английской королевы.

– Очень приятно, Шунечка. А я Егоров Андрей Геннадьевич, – поздоровался он с болонкой, которая настороженно обнюхивала его брюки, не проявляя, впрочем, признаков агрессивности, после чего поднял взгляд на ее хозяйку.

– Маргарита Николаевна, – с прежним достоинством представилась та.

– Скажите, пожалуйста, Маргарита Николаевна, вы не знаете, где ваш сосед? – обратился к женщине Егоров, кивнув на дверь квартиры Стремоусова.

Совершенно безобидный вопрос отчего-то насторожил хозяйку болонки. Она подозрительно прищурилась и спросила:

– А вы что, его знакомый?

– Нет. Но хотел бы познакомиться, – ответил ей Егоров, предъявив свое служебное удостоверение.

– Значит, нашим соседом заинтересовалась государственная безопасность, – произнесла Маргарита Николаевна с каким-то странным удовлетворением и, взглянув в лицо Егорову, добавила: – Вы знаете, меня это не удивляет.

– Вот как? – в свою очередь искренне удивился он. – Что, есть основания?

– А как же! – Маргарита Николаевна презрительно усмехнулась. – Он же постоянно пьет. А может быть, и наркотики употребляет. Домой заявляется за полночь, да еще с компаниями. Парни кричат, девицы смеются. Вы не представляете, каково нам с Шунечкой слышать все это. А на прошлой неделе я ходила выбрасывать мусор, так, не представляете, обнаружила возле мусоропровода целую кучу, – женщина понизила голос и, приблизив свое лицо к Егорову, прошептала, – использованных презервативов.

– Что вы говорите?! – с изумлением воскликнул Егоров. Ему приходилось сдерживать себя, чтобы не улыбнуться. Любая, даже непроизвольная улыбка могла быть расценена соседкой Стремоусова как насмешка над ее словами. В этом случае контакт с ней наверняка был бы потерян.

– От всего этого у Шунечки совсем расшаталась нервная система, – продолжала между тем Маргарита Николаевна. – Когда мы идем по площадке и она видит его дверь, то даже плакать начинает.

– Скулит под дверью? – быстро переспросил Егоров. Ему уже не хотелось улыбаться.

– Да, – вздохнула хозяйка болонки. – Остановится, головку поднимет и жалобно плачет. Вот до чего этот пьяница довел мою бедную девочку, – закончила Маргарита Николаевна и укоризненно покачала головой.

– И давно ваша собачка так себя ведет?

– Давно? – женщина на секунду задумалась. – Сегодня… вчера вечером… Да, пожалуй, со вчерашнего вечера.

Егоров метнул быстрый взгляд на запертую дверь Стремоусова.

– А когда последний раз вы видели вашего соседа?

– Два дня назад, – уверенно ответила Маргарита Николаевна. Она презрительно усмехнулась: – Столкнулись возле лифта.

– Не помните, в котором часу? – уточнил Егоров.

– Без пятнадцати шесть. Мы всегда в это время выходим с Шунечкой погулять, чтобы к сериалу успеть. – Словно ища подтверждения у своей болонки, женщина опустила голову. – Правда, моя девочка?

– Спасибо, Маргарита Николаевна, – поблагодарил женщину Егоров. Теперь он не сомневался, что нужно попасть к Стремоусову в квартиру. Вот только как это сделать?

Он еще раз посмотрел на запертую дверь, после чего снова обернулся к хозяйке болонки, которая не спешила возвращаться в квартиру.

– Еще один вопрос, Маргарита Николаевна. Вы случайно не знаете, ваш сосед сдавал свою квартиру на охрану?

Вопрос прозвучал недостаточно ясно, и Егоров решил, что его собеседница не поняла, что он имел в виду. Но она все прекрасно поняла.

– Мне ли не знать! – Маргарита Николаевна даже всплеснула руками. – Квартиру-то на охрану поставил, а снимать ее после возвращения часто забывал. К нему уж раз пять, наверное, милиция приезжала, с автоматами. Мы-то с Шунечкой надеялись, что они его, окаянного, заберут. А они только штраф за ложный вызов выпишут и уедут.

Егоров облегченно вздохнул. Если квартира Стремоусова на сигнализации, значит, в отделении вневедомственной охраны должен быть дубликат ключей.

Чтобы не разжигать любопытство Маргариты Николаевны, он спустился во двор и оттуда позвонил оперативному дежурному по управлению. Выслушав его вопрос, дежурный положил на стол телефонную трубку – Егоров отчетливо услышал глухой стук, после чего до него донеслись слабые попискивания клавиш компьютерной клавиатуры.

– Сорок шестое отделение! – через несколько секунд объявил оперативный дежурный. – Записывай адрес…