Поэтому, постаравшись на время забыть о Хелен и усмирить адреналин, я сняла одну сережку и засунула ее в карман юбки, туда, где уже лежал ключик, и отправилась на поиски Фреда.

При виде меня глаза Фреда, поблескивавшие за стеклами очков, встревоженно расширились.

– Ты не хочешь ее видеть, – предостерегающе прошипел он, когда я остановилась около его стола.

– Нет, я не хочу, но почему я не должна?

– Конечно, эта неделька выдалась нелегкой для всех нас, но у этой женщины окончательно отказали тормоза. Я не знаю, что это – гормоны, эмоции или лекарства, – но где-то явно что-то нарушилось. Если так будет продолжаться, я не доживу до пятницы.

– Фред, но сегодня уже среда. Переломный день, середина недели. Утешай себя этим. Так что, она у себя? – спросила я, уповая на то, что в ответ услышу:

– Нет. Она в комнате для совещаний с Брейди, если он еще не удавился собственным ремнем.

– Все еще обсуждают финансовые проблемы?

– О, я уверен, что сейчас она уже поливает грязью доброе имя его покойной матушки.

– Бедняга. Ладно, на самом деле мне нужна не столько она сама, сколько ее кабинет.

– Извини, не понял?

Показав ему на пустую мочку правого уха, я объяснила:

– Потеряла сережку и подумала, вдруг это случилось, пока мы с Трисией сегодня утром ее ждали.

Фред подмигнул:

– Как? Вы с ней так бурно забавлялись?

Я засмеялась, что очень польстило Фреду.

– Но ты же меня не выдашь, Фред?

– Конечно, не выдам. – Он мотнул головой в сторону двери в кабинет Ивонн. – Иди, чувствуй себя как дома.

Дверь была закрыта, поэтому я решила, что если прикрою ее за собой, это не будет выглядеть подозрительно. Направившись прямиком к музыкальной шкатулке, я на всякий случай опустилась на колени, чтобы подкрепить версию о пропавшей сережке на тот случай, если возвращение Ивонн вдруг помешает моему… расследованию.

Достав карточку из потайного отделения, я мгновение помедлила, прежде чем перевернуть ее. Хочу ли я, чтобы она оказалась из отеля "Сент-Реджис"? Хочу ли я, чтобы Ивонн оказалась убийцей, или мне просто хочется доказать, что я была права? Но раньше, чем я ответила на эти вопросы, я заметила в ящичке что-то еще. Когда я открывала шкатулку утром, мне показалось, что дно ящичка сделано из какого-то более светлого материала, чем остальные части коробки. Но теперь я увидела, что дно устилают какие-то обрывки бумаги.

Я перевернула карточку. "Сент-Реджис". Сделав долгий беззвучный выдох, я попыталась понять, что теперь чувствую. И не смогла. Похоже, я двигаюсь в правильном направлении, но дорога может и раздвоиться. Хелен могла наброситься на Камиллу, потому что знала про "Сент-Реджис". Но могла наткнуться на нее случайно, потому что узнала про Ивонн и проследила ее до отеля. Так или иначе, сегодня я непременно туда наведаюсь.

Отложив карточку-ключ, я выудила клочки бумаги со дна ящичка. Это была очень хорошая веленевая бумага серовато-желтого оттенка, порванная на маленькие квадратики. Я покрутила их на ладони, пытаясь решить головоломку. Почерк Ивонн – это я поняла сразу, но не могла уловить смысл, пока не увидела слова "Дорогой Тедди" на одном из обрывков. Моя реакция была противоречивой: следователь, который только что продал идею Гарретту Вилсону, воскликнул "Класс!". А вот сердце коллеги, который знал их обоих, дрогнуло. Разорванное любовное письмо и ключ из отеля. Мне вдруг стало грустно.

Собрав шкатулку, я поставила ее обратно на полку. У меня хватило ума понять, что я не могу сидеть здесь на полу и раскладывать головоломку. Я как раз пыталась встать на ноги – задача нелегкая и неблагодарная, учитывая, что на мне была узкая юбка – когда открылась дверь. Передумав вставать, я нырнула куда-то между столом и диваном и спрятала руку под софой, пытаясь скатать фрагменты письма в небольшой комок.

– Нашла? – спросил Фред, с переменным успехом изображая заинтересованность.

– Нет еще, – ответила я, стараясь убедительно изобразить женщину, способную ради кусочка серебра с малахитом ползать по полу и залезать под столы и диваны.

Фред прикрыл за собой дверь.

– Ничего, если я спрошу… О-о Святая Матерь Божия!

Я застыла на месте. Я знала, что с того места, где он стоит, он не может видеть мою руку, но в моем нервном состоянии легко было вообразить, как Фред сбрасывает очки и обнажает свою истинную сущность, превращаясь в Супермена с рентгеновским взглядом. В конце концов я решила, что наименее подозрительной реакцией будет:

– Что случилось?

– Эта коробка была открыта, когда ты вошла? – Фред устремился к музыкальной шкатулке и схватил ее. Я готова была его за это расцеловать, потому что таким образом он дал мне возможность выпрямиться и встать позади него, как будто я тоже хотела взглянуть на шкатулку. А главное, за эту секунду я успела сунуть комок бумаги в карман, подальше от его глаз, пусть они будут хоть рентгеновскими, хоть нет.

– Понятия не имею.

Фред захлопнул крышку, убедился, что замок защелкнулся и поставил шкатулку на место.