– Никому не интересен мой альбом. Не интересен, потому что нет раскрутки… Но ничего, скоро все изменится. Я продам машину, если надо – квартиру. Я найду деньги на раскрутку… Я не смог повторить путь «Голубой мечты». Ты права, это невозможно. Но ты права и в другом. Нужно раскручиваться по современным законам шоу-бизнеса. Что ж, надо так надо…

Костик был полон радужных надежд на будущее. Он верил в свой успех.

Только Эмма почему-то не разделяла его восторг.

– Костя, – тихо позвала она.

– Что?

– Не надо продавать машину. И квартиру…

– Почему?

– Ты не сможешь раскрутить этот проект.

– Что ты такое говоришь?

– Я не знаю, говорили тебе это или нет, но альбом твой ничего не стоит…

– Ты серьезно? – Костик был шокирован этим откровением.

– Ты только не думай, что я это говорю тебе назло. Ни в коем случае. Просто я должна тебе это сказать. Чтобы ты не наломал дров…

– Что же мне делать?

Костику до смерти захотелось выпить. До смерти… Да ведь он же умрет, если сделает это. Страх смерти заглушил жажду. Костик справился с собой.

– Мне нравится, как ты поешь, – сказала Эмма. – Ты берешь не столько голосом, сколько душой. В этом плане никаких претензий… Но вот музыка твоя… Ты только не обижайся, но я с трудом дослушала твой концерт до конца…

– Неужели так плохо?

– Я бы сказала, безнадежно… Но ты не должен отчаиваться. У тебя талант. Только ты должен чуть изменить его направление… Забудь о «Голубой мечте». Ее больше нет и не будет. Сейчас другое время, люди слушают другие песни…

– И я должен оправдать их ожидания…

– Совершенно верно… Пусть они поверят в тебя. Как верю в тебя я.

Эмма. Самая милая, самая добрая, самая любимая… Костик ее боготворил.

Дни и ночи превратились в один сплошной кошмар. Костик не мог ни спать, ни есть. Даже Эмму он не хотел. За эти десять дней ни разу не был с ней как мужчина с женщиной. И все потому, что эти десять дней он находился в непрерывных творческих исканиях. Но, увы, не смог сочинить ни одной мелодии, которая устроила бы их обоих.

У него ничего не получалось. В голову лезла «голубая» чушь. Все та же музыкальная муть, близкая к приторно-медовому репертуару «Голубой мечты»…

– Ты весь извелся, – сказала Эмма.

– У меня ничего не получается!..

Он был близок к истерике.

– И не получится. Пока ты не успокоишься и не перестанешь доводить себя до ручки… Тебе надо развеяться.

– Как?

– Поехали отдохнем…

– Куда? Сочи? Крым? Или Ямайка?..

– Не ерничай, тебе это не идет… Я думаю, нам не стоит далеко ехать. В Подмосковье очень хорошие санатории. Леса, березы, свежий воздух… И под каждым кустом…

– Заяц?

– Нет, вдохновение… Ты можешь его поймать…

Эмма как будто шутила. Но в то же время она была достаточно серьезной.

– Ты думаешь?

– Я знаю…

В этот же день они отправились в путь. Остановились на отдых в небольшом пансионате посреди чудесного соснового бора, на берегу живописного озера. Природа и в самом деле великолепная.

Только вдохновения Костик там не нашел. Ничего не сочинил. Зато хорошо отдохнул.

Ровно через неделю они вернулись в Москву.

– Может, сходим в ресторан? – спросила Эмма.

Вообще-то, у них не так много денег, чтобы расхаживать по ресторанам. Но Костик согласился.

Себе он заказал минералку, ей шампанское. И очень удивился, когда Эмма опьянела. Стала веселой, взбалмошной, потянула его танцевать.

А на ресторанной эстраде играл ансамбль. Только сейчас Костик разглядел ребят. И узнал их. С этой группой не так давно он записывал свой альбом. Вот так встреча!..

Ребята работали с ним за твердую ставку, а не за процент от продажи. Костик расплатился с ними сразу. Так что ему не в чем было виниться перед ними. Он радостно приветствовал музыкантов. И Эмма замахала им руками.

– Эй, а «Странника» не сыграете? – спросила она.

Костик и опомниться не успел, как Эмма полезла на сцену. Решительно забрала у солиста микрофон.

Зазвучала музыка. Эмма запела. «Странник мой» – хит из репертуара Ирины Аллегровой, восходящей «звезды» российской эстрады.

Костик был в шоке. И вовсе не оттого, что его будущая жена выкинула такой финт. Его удивлял голос Эммы. Мягкий, нежный. И в то же время достаточно сильный. Он легко и непринужденно дотягивался до верхних нот. Но куда большая сила была в том очаровании, которое исходило и от голоса, и от нее самой. Эмма будто светилась внутренним светом, лучилась магическим обаянием. Костика не волновало, как реагирует на нее зал. Главное, что он сам был сражен ею наповал.