Джерин нахмурился. Он бы сделал иначе. По его мнению, поступить так было все равно, что засунуть голову в пасть длиннозуба и посмотреть, сумеет ли зверь ее откусить. Авангардный отряд высылается вперед войска, чтобы прощупать противника и оценить обстановку. Двигаться же вперед целым войском означало свести работу этого отряда на нет. К тому же есть шанс нарваться на неприятности в виде засады.

Он запротестовал было, но потом заставил себя замолчать. Он сам на это пошел, когда согласился отдать Араджису командование объединенными силами. И кстати, не мог заявить, что Лучник придерживает своих людей и подвергает опасности лишь его воинов. Араджис гнал каждого в бой. И делал это с такой агрессивностью, что даже если южане и приготовили северянам сюрприз, то тот вполне мог не сработать. Пусть Араджис и не слишком-то разбирался в тонкостях управления войском, он прекрасно знал, как ему обойтись с теми мыслями, что сидели в его голове.

В конце концов выяснилось, что ловушку никто не готовил. Колесницы южан вступили в схватку с конницей Райвина, но тут же откатились назад, завидев, какое к тем идет подкрепление.

— Вот видишь, Лис? — сказал очень самодовольно Араджис. — Мы действительно загоним их в Кэссет, а после этого заставим вернуться на ту сторону гор и навсегда покинуть наши края.

— С помощью богов, возможно, так и будет.

Джерин расслышал в собственном голосе нотки полнейшей ошеломленности.

Он ничуть не верил в такой исход военной кампании в ее начале, но сейчас, кажется, начинал верить. Еще одна победа над силами Элабонской империи, и тогда южанам тут точно не удержаться.

— Конечно, будет.

У Араджиса, видимо, на этот счет не имелось ни малейших сомнений. У него вообще их, похоже, не возникало ни по какому поводу и никогда. Возможно, причиной тому было то, что он практически ни в чем не ошибался. А возможно, такая уверенность питалась в нем тем, что никто не осмеливался указать ему на ошибки. Что далеко не одно и то же.

— Как выглядит теперь Кэссет? — спросил Джерин. — Последний раз я проезжал через него сразу после того, как империя завалила последний проход в Хай Керс.

— Ты помнишь, как жалок был этот городишко в ту пору? — спросил Араджис. — Однако он все пыжился, делая вид, что является столицей провинции, которая не хотела иметь с ним ничего общего.

— Помню, — ответил Джерин. — Только Даяусу известно, что совершил тогдашний наместник империи, чтобы попасть в эту ссылку. Нет… постой, я вроде бы помню, что это имело какое-то отношение к расколу в армии Элабона? Как бы там ни было, этот тип ненавидел все, что хоть как-то касалось северных территорий.

Не совсем верное утверждение. Например, Элис императорскому ставленнику приглянулась, причем весьма. Как, впрочем, и Джерину в те времена. Но дочь Рыжего Рикольфа вывела наместника из заблуждения, приставив ему нож к горлу. А вот чтобы вывести из заблуждения Джерина, ей потребовалось больше времени, и процесс этот причинил ему больше боли.

— Все так, — согласился Араджис. — Что ж, как я и сказал, Кэссет был тогда неприглядным местечком, несмотря на активное движение через горы. В империю и обратно. А когда проход завалили, в нем вообще отпала какая-либо нужда. Сейчас Кэссет подобен ночному призраку, неустанно оплакивающему свое прошлое. Ничто, жалкий отголосок чего-то, что было когда-то живым.

Джерин глянул на него краешком глаза:

— Поосторожней, Лучник, а то дело кончится тем, что ты примешься писать стихи.

— Ты забавный малый, — хмыкнул Араджис. — Прикажи своим всадникам выехать вперед еще раз, и мы покончим со всем этим. Лишь богам известно, как мне не терпится вернуться в собственные владения. Крестьяне остались без присмотра, и я уверен, что они просиживают свои зады, ничем не утруждаясь.

— Они не могут все время бездельничать, — сказал Джерин. — Им надо будет чем-то питаться зимой, и они это знают.

— Йо, только они вспомнят об этом за два дня до сбора урожая, — сказал Араджис. — Тем временем поля зарастут сорняками и останутся наполовину не унавоженными. А крепостные вместо работы будут потягивать эль и резвиться с соседскими женами.

— Точь-в-точь как бароны, — пробормотал Лис.

Вэн, фыркнувший было при этих словах, мгновенно сделал вид, что закашлялся. Дагреф ссутулился, удерживая смешок.

— О чем это ты? — резко спросил Араджис.

— Неважно, — ответил Джерин. — Ты и так считаешь, что я слишком легкомысленный. Куда мы отправимся теперь?

— За имперскими недобитками, — сказал Лучник без колебаний. — Мы навяжем им бой, где бы они ни располагались, перед Кэссетом или за ним, затем окончательно разобьем их и загоним за горы. Если они захотят привозить в наш край товары, пожалуйста. Но если они вернутся сюда еще раз с заточенной бронзой в руках, мы снова надаем им тумаков и опять выдворим восвояси.