— Да уж понятно, — кисло согласился с ним Джерин.

В отличие от Араджиса полководец, командовавший присланным из империи подкреплением, видимо, знал толк в настоящей стратегии. Он сделал из дважды побитого войска приманку, не сомневаясь, что северяне набросятся на нее, словно изголодавшийся длиннозуб на добычу, за что потом и поплатятся.

Фердулф кружил перед носом Джерина, словно огромный розовый слепень.

— Что ты предпримешь? — верещал он. — Что мы предпримем?

— Будем получать по заслугам, вот что, — ответил Вэн.

Фердулф заверещал снова, на этот раз растеряв все слова.

— Ну, разумеется, — подтвердил Джерин, и Фердулф завизжал уже на него.

Не обращая внимания на его визг, Лис продолжил:

— Единственный вопрос сейчас в том, насколько сильно нам достанется. Фердулф, сообщи Араджису то, что ты только что сообщил мне. Он справа, так что ему придется хуже, чем нам.

— Я не хочу лететь к Араджису. — Фердулф выпятил нижнюю губу. — Он противный.

— Отправляйся к Араджису! — взревел Джерин, и Фердулф улетел.

Может быть, даже туда, куда велено, а не дуться, но Лис не поставил бы на то ни гроша.

— Мы должны отступить, — сказал Дагреф.

— Знаю. Но мы не можем. — Джерин поморщился. — Если мы так поступим, то бросим Лучника в бедственном положении.

— А почему бы и нет? — спросил Дагреф. — Он бы нас бросил.

— Мм… не думаю. По крайней мере, не в этом случае, — ответил Джерин. — Если кто-то из нас будет повержен, он или я — все равно, значит, другой останется один на один с целой империей. Мне лично этого не хотелось бы.

— Похоже, ты прав, — нехотя согласился сын.

Джерин так и не понял, сообщил ли Фердулф Араджису о приближении второй вражеской армии. Впрочем, это не имело решающего значения. Араджис вряд ли мог оставаться в неведении. Новый крик «Элабон! Элабон! Элабон!» прорезал гвалт битвы, словно нож плоть.

«Элабон! Элабон! Элабон!»

Окруженные южане ответили тем же боевым кличем.

Как только Араджис понял, что сам оказался в ловушке, а не загнал туда врага, он стал отступать с поля брани, нимало, похоже, не заботясь о том, что станется с его союзником. Лис, чьи чаяния не оправдались, все же умерил свой гнев, обнаружив, что именно Араджис оказался зажатым между двумя имперскими войсками. Большая часть натиска обрушилась на него. А Лис и сам мог выйти из боя, причем без особых проблем.

Что он и сделал. А потом бросил своих людей на южан, каких им с Араджисом удалось окружить, правда, на очень короткое время. Атака заставила их отвлечься от нажима на Лучника. Вэн вздохнул:

— Помогаешь Араджису высвободиться, не так ли?

— У тебя есть идеи получше? — спросил Джерин.

Чужеземец снова вздохнул.

— Нет, но мне бы очень хотелось, чтоб они были. Помогая ему, ты вредишь себе.

— Не дави на мозоль.

Джерин устремил взгляд на другую сторону поля. Кажется, Араджис выходил из битвы, точнее из петли, подобной той, какую они с Лисом (пускай ненадолго) накинули на первых пришлецов из-за Хай Керс. Лис был доволен. Людей Араджиса теперь не отрежут, а следовательно, и не уничтожат. Он, как союзник, сделал, что мог.

— Все, назад! — крикнул Лис своим людям. — Отходим.

Он не знал, насколько рьяно южане станут преследовать его войско. Солдат сейчас у них было достаточно, чтобы гнаться как за ним, так и за Араджисом одновременно. Но преследование шло вяло. Во-первых, парни из-за Хай Керс по-прежнему были сосредоточены на том, чтобы сломить Араджиса, что связывало основные их силы. Во-вторых, большая часть всадников Райвина при отступлении примкнула не к Лучнику, а к своему сюзерену. А экипажи имперских колесниц весьма настороженно относились к конным отрядам, чьи отвлекающие маневры и контрудары, казалось, всерьез их пугали и заставляли ослаблять натиск.

Сам Райвин подъехал к Джерину с обеспокоенным выражением на лице.

— Надеюсь, вино в сохранности, лорд король? — спросил он.

— В данный момент меня это не очень заботит, — ответил вежливо Джерин, вместо того чтобы сразу вылезти из колесницы, подобрать самый увесистый камень и запустить им Райвину в голову. — Меня гораздо больше волнуют наши остальные запасы. Большинство из них находилось в повозках на той стороне поля, где дрался Араджис. Если мы останемся без хлеба, колбасы, сыра и прочего, нам, чтобы не умереть с голоду, придется грабить местных крестьян.

— Вино тоже важная вещь, — настаивал Райвин, — поскольку, как ты сам говорил, оно является нашим лучшим средством связи с Мавриксом, который может оказать нам божественную поддержку.

— Не велика надежда, — сказал Джерин, однако в замечании Райвина было достаточно логики, чтобы уберечь его от все еще висящей в воздухе оплеухи. Джерин вздохнул. — Хорошо, Райвин, пусть будет по-твоему. Проследи за сохранностью бурдюков. А теперь все же позволь мне заняться нашим отходом.