– Давно откинулся? – без предисловий спросил Трофим.

– Да нет, в конце лета…

– Кореша?

Трофим глянул на парней за его спиной. Лешка кивнул утвердительно и с чувством гордости за себя. Их было трое, и Мигунок, судя по всему, был у них за пахана.

– Правильные пацаны, – сказал он.

– А Петруха где?

Трофиму пришлось сделать над собой усилие, чтобы задать этот вопрос и ничем не выдать себя. Он-то знал, где Петруха.

– Тебе лучше знать, – нахмурился Лешка. – Ты же с ним на дело ходил…

– Ходил, – кивнул Трофим. – Только он потом на юга ушел, а я здесь остался…

– На юга? Уж не в Сочи ли?!

Про Сочи Лешка спросил неспроста. На жаргоне, характерном для зон Южного региона, поездка в Сочи означает смерть. Отправить в Сочи – значит убить…

– Это что, предъява?

Трофим не пытался испепелять Лешку взглядом, но все же тому стало не по себе.

– Да нет, – смутился он. – Просто на язык легло… Петруха так больше и не объявлялся. Как в воду канул…

– Может, и в воду. На югах море глубокое… Может, нарвался на кого, а?

– Да может, и нарвался… А я про тебя все знаю.

– Что все? – хищно сощурился Трофим.

Не нравился ему этот разговор… Но не от него ли он бегал тогда, десять лет назад. Дом даже снял, чтобы с Лешкой во дворе не встречаться…

– Ты же на «десятке» чалился, а я на «восьмерке», это рядом.

– Знаю, что рядом… Чего не объявился, если знал про меня?

– Да у меня все путем было, братва уважала. Если б накосячил, может, к тебе бы за помощью обратился, ну, по старой памяти. Ты же за зоной смотрел, да?

Лешка уважительно глядел на него, с почтением.

– Смотрел, – невозмутимо ответил Трофим, хотя его распирало от гордости.

– Положенец ты, да?

– Положенец.

Приятно было осознавать, что слух о его заслугах докатился до родных мест. Это значит, что ему не придется никому ничего доказывать, объяснять, кто он такой.

– Круто, не вопрос… Наверно, завязки в Москве есть, – с завистью глянул на него Мигунок.

Трофим ничего не сказал. Но недовольно полыхнул взглядом. Это его личные дела, с кем и где у него завязки, Лешки они не касаются.

– Э-э, я хотел сказать, что мы счас не при делах, – замялся Мигунок и кивком головы через плечо показал на своих дружков. – И если там вдруг что, можем под тебя подписаться…

Трофим снова промолчал. Но чуть вытянул в задумчивости плотно сжатые губы. Дал понять, что Лешкино предложение его не очень, но заинтересовало… На самом же деле интерес был. Он уже знал, чем будет заниматься на свободе, и хорошая пристяжь ему бы не помещала. А Лешка с дружками производили впечатление. Хотя, конечно, с ними надо будет разобраться, прежде чем допустить к себе. Может, за ними косяков больше, чем вагонов за локомотивом товарного состава.

Похоже, Лешка понял, о чем думает Трофим.

– Ты это, можешь маляву на «восьмерку» кинуть, тебе ответят, что Лешка Мигунок правильный пацан…

– За гоп-стоп повязали? – оборвал его Трофим.

– В цвет попал.

– Какой масти на зоне был?

– Черной. Отрицалово, все дела… Шулика ты должен знать.

– Знаю, – кивнул Трофим. – Мы с ним на Владимире были…

На Владимирский централ он попал по этапу, но завис там на целых три года. Если б не это, вряд ли бы он сейчас был положенцем. Но во Владимирской тюрьме он познакомился со многими уважаемыми людьми, среди которых были очень авторитетные законники. Шулик по сравнению с ними был сявкой, но в любом случае он считался правильным арестантом, потому на «восьмерке» его поставили смотреть за промзоной. Так до сих пор за ней и смотрит.

– А я с ним на «восьмерке» был, – сказал Лешка. – Правой рукой у него… Если не веришь, коня ему прогони…

Трофим сумрачно глянул на него. Дескать, он сам знает, что и как ему делать…

Он уже собрался уходить, когда Лешка бросил быстрый взгляд на подворотню. Во двор входила шикарная шатенка в короткой светло-серой кроличьей шубке и замшевых ботфортах. Смазливая мордашка, большие кукольные глаза, походка от бедра…

Трофим ошалел от удивления. Сначала Попков, затем Микита, после Мигунок. Все, как тогда, десять лет назад. И по логике вещей сейчас непременно должна была появиться Кристина… Но, увы, это была не она. Просто шатенка – эффектная, но чужая. И ни единая струнка не дрогнула у него в душе. Разве что внизу живота возникло напряжение, но это обычная реакция на симпатичную бабу…

– Кто такая, почему не знаю? – спросил Трофим.

– Хочешь, познакомлю? – вызвался Лешка. – Зойка здесь недавно… Соседка моя… Зойка, концу мир!

Шатенка натянуто улыбнулась, не очень удачно изображая радость встречи. Развязной походкой подошла к Лешке:

– Привет, мальчики!

Казалось, она понимала всю неуместность подобного обращения. Перед ней блатные люди, их нельзя называть мальчиками. Но в то же время она понимала, что и Трофим, и Лешка наезжать на нее за это не станут. Ведь она девушка, и к тому же легкого поведения. Ей позволительна такая фривольность…