Не задавая больше вопросов, Цой принялся связывать веревки и раскладывать альпинистский инструмент. Он сразу сообразил, о чем говорил Федор, и это было ему на руку. И если другие с удивлением смотрели на эти приготовления, не совсем понимая, что он делает, то Федор кивнул, соглашаясь. Цой не поддавался силе эмоций, а в нынешних обстоятельствах это было самым главным.

Когда все приготовления были закончены, Федор, еще раз проверив все узлы, сказал:

– Здесь может остаться один человек. Если что-то пойдет не так, я дам знать, – Федор посмотрел на Ивана.

– Я буду здесь, – уверенно сказал Цой и тоже покосился на десантника.

После того как Федор ощутил под ногами твердую поверхность, он стал прокладывать себе путь. Вспомнив последние минуты падения, он примерно представлял, где должна находиться отвесная скала, по которой спасатель собирался подняться наверх и подать сигнал. У него за плечами висел рюкзак, в котором находился полный альпинистский набор. Без него Федор не рискнул бы осуществить задуманное. Без специального снаряжения было бы безумием надеяться на то, что он поднимется на высоту двадцати пяти метров. Ведь, по его представлениям, именно такая глубина и была у этой расщелины. Пробираясь сквозь толщу снега, Федор думал только об одном: «Главное, чтобы снежная шапка не свалилась на меня сверху». Он понимал, что если висящая у него над головой масса снега оторвется и упадет, то ему уже никто не сможет помочь. Федору не раз приходилось откапывать людей, попавших в лавину. На вид пушистый и мягкий, снег в одну минуту превращается в многотонную махину, которая становится потом могилой, потому что выбраться из-под нее невозможно.

Федор не знал, сколько прошло времени с того момента, когда он спустился на дно расщелины, так как в замкнутом пространстве время течет по-другому. Но вот его рука наткнулась на что-то твердое, и он понял: это именно то, что он искал. Федор начал очищать снег, и вдруг его рука неожиданно провалилась в пустоту...

Цой сидел возле приоткрытой двери багажного отделения и смотрел на медленно движущуюся веревку. Он знал, что Федор все сделает правильно, но желание спуститься к нему и помочь не покидало его все то время, пока он глядел на страховочный канат. Встретившись с Федором в самолете, Цой поймал себя на мысли, что ему нравится этот человек. Цой очень редко шел на сближение с людьми, привыкнув еще с детства к одиночеству. Федор являлся редким исключением. Где-то в душе Цоя даже терзала совесть за то, что ему придется в конце концов бросить и Федора, и всех остальных здесь, в разбитом самолете, но другого пути не было. Впереди ждала новая жизнь, о которой Цой так давно мечтал...

От сентиментальных мыслей его оторвал резкий рывок веревки. Цой сразу вскочил на ноги и побежал в палатку.

– Все к двери! Будем поднимать! – крикнул он и тут же вернулся к двери.

Когда Федор оказался внутри самолета, ни от кого не ускользнуло то, каким он был уставшим. Немного отдышавшись, Федор сказал:

– Сначала согреюсь, потом расскажу.

Сидя в палатке, он чувствовал, как его мышцы расслабляются, а тело начинает согреваться. Стас предложил выпить коньяку, для того чтобы окончательно согреться, но Федор отказался, зная, что это только повредит в дальнейшей работе. Он видел, как все с нетерпением ждут рассказа о том, что внизу, поэтому не прошло и нескольких минут, как он стал все объяснять.

– Я добрался до отвесной скалы, – он посмотрел на лица окружающих и, сделав паузу, продолжил: – В ней я обнаружил разлом немногим более полуметра, который подымается вверх. С помощью снаряжения поднялся до середины. Думаю, что завтра мне удастся выбраться наверх.

– Почему ты так решил? Ты знаешь длину этого разлома? – спросил Иван.

– Конечно! – Федор не смог сдержать эмоций. – Я же тебе говорю, что разлом сантиметров семьдесят и вообще не засыпан снегом. Я видел солнце! – Федор, улыбаясь, крутил головой.

– Надеюсь, ты не собираешься сегодня еще раз спускаться туда? – настороженно поинтересовался Цой.

– Почему нет? Сейчас отдохну и снова пойду, – уверенно заявил Федор.

– Посмотри на себя! Ты очень устал, куда ты пойдешь? – Цой стал по очереди смотреть на всех, ища поддержки.

– Да, действительно. Куда ты сейчас пойдешь? – неожиданно поддержал Цоя Иван. – Надо хорошенько отдохнуть, а завтра продолжить.

Федор оглянулся и понял, что все думают точно так же. Он и сам не мог спорить, что после проделанной работы необходим хороший отдых. Поэтому он согласился...

Иван проснулся от того, что почувствовал холодный воздух. В палатке, где они спали, было прохладно, несмотря на то что огонь поддерживался постоянно. Но даже сквозь сон Иван ощутил холод, который буквально обжигал лицо. Вначале он укрылся с головой и попытался снова уснуть, но неожиданная догадка заставила его откинуть одеяло и осмотреться.

Он сразу заметил, что куда-то пропала Оксана. В принципе Иван понимал, что ничего страшного в этом нет, так как женщина была не в себе и могла просто выйти. Но сквозивший холод наводил Ивана на совершенно иные мысли.

Подхватив лежащую рядом куртку, он осторожно, чтобы никого не разбудить, вышел из палатки. То, что он увидел в первые секунды, заставило его остановиться. Дверь, через которую они спускали Федора, была открыта, а в ее проеме на самом краю стояла Оксана. Одной рукой она сжимала умершего ребенка, а второй держалась за железное основание самолета.

Иван лихорадочно пытался сообразить, что ему нужно делать. В любую минуту Оксана могла оступиться и полететь вниз. И даже учитывая, что высота самолета не очень большая, Оксана, упав на каменистое дно расщелины, имела мало шансов на то, чтобы остаться в живых. Еще не зная, как он поступит в следующее мгновение, Иван стал осторожно продвигаться к Оксане.