Странная тревожная радость заполнила сердце Агнички. Но в следующую минуту она вздохнула и нахмурилась. Дурочка. Парень просто хочет узнать о матери, а она…

Они отошли в уголок за колонну и помолчали.

— Ничего страшного у вашей мамы нет, — наконец смущённо начала Агничка. — Утром на обходе её смотрели.

Сжимая в кулаке записку, Володя усмехнулся.

— Мама тоже пишет, что ей хорошо. Но это неправда. Когда она волнуется, то буквы так и скачут во все стороны. Едва разобрал её иероглифы. 

— Пока бояться нечего. Если будет нужна операция, я попрошу маму…

Володя вздохнул:

— Вот за это спасибо! Я слышал про вашу маму. Говорят, она замечательный хирург. А обманывать не надо. Вы не умеете обманывать. Сразу покраснели.

Агничка прикусила губу и быстро пошла к выходу. Володя, пропустив её в дверь, замешкался возле велосипеда, прислонённого к стене у подъезда.

Немного погодя она услышала позади себя весёлое позвякивание звоночка и скосила глаза на сверкающие спицы поравнявшегося с нею переднего колеса. Юноша пошёл рядом, нога в ногу.

До сих пор Агничке приходилось дружить лишь с ребятами со своего курса. Это были просто товарищи по учёбе — и только. Сегодня, кажется, произошло что-то особенное. Было неловко, чуть беспокойно и непривычно радостно.

Дойдя до конца чугунной ограды, Агничка, Поколебавшись, решила пройти домой через парк. Володя не отстал.

Было далёко за полдень. С безоблачного неба щедро светило солнце, и дорожки аллей успели просохнуть после ночного ливня. Поравнявшись с серой безлапой лягушкой, Агничка не удержалась и озорно показала ей кончик языка. Володя непонимающе уставился на неё, и она, рассмеявшись, пояснила:

— Не люблю эту жабину. Как увижу её, так кислородную подушку почему-то вспоминаю.

— Кислородную подушку?

— Ну да! Это, когда человеку становится очень плохо и он начнет задыхаться. Понимаете, не хватает воздуха и сердце не хочет работать. 

И он вот так дышит. — Раскрыв рот, она прерывисто и часто задышала. — Тогда ему несут подушку с кислородом. Знаете, как. жалко бывает больных? Кажется, всё бы сделала для них. — Смутившись, Агничка после недолгого молчания спросила: — А вы где учитесь? Володя улыбнулся.

— У нас тоже так бывает. Растёт, например, яблонька, зацветёт и вдруг… погибнет. Наша группа здорово волнуется. Выводим сорт пшеницы на опытном участке. Каждый день по очереди ездим в поле смотреть. Пока не всходит…

— В сельхозе учитесь! — догадалась Агничка и, разочарованно вздохнув, добавила: — Медицина лучше. Медицина — благородное дело.

— Ну уж…

Заспорили горячо и серьезно.

У главного фонтана они остановились.

Уже пустили воду, и в позе мраморного аиста, в горделиво закинутой голове, в размахе сильных крыльев чудилось теперь не ожидание, а торжество. Будто, отдохнув после дальнего пути, он пел весеннюю песню. Звуки этой песни слышались в водяных брызгах, которые весело, со звоном вылетали из длинного клюва и сверкающим каскадом спадали вниз. Песня весны звучала в шелесте молодой листвы тополей, в беспокойном грачином крике и даже в скрипе песка под ногами. День был замечательный, не похожий на другие, обычные дни.

— Когда я была маленькой, — оживленно говорила Агничка, — этот сквер мне казался джунглями. Я была такая трусиха. Иду, бывало, и оглядываюсь по сторонам. А вдруг из кустов выскочит тигр или лев. А вдруг спрыгнет с камня та серая жабина и проглотит меня?.. 

Володя, улыбаясь, украдкой поглядывал на девушку. Она походила скорее на школьницу, чем на студентку. Это подчёркивали и старенькое в крупную клетку пальто, наброшенное на узкие хрупкие плечи, и кончик светлой косы, выглядывающий из-под края выгоревшей косынки. Лицо её разрумянилось, на вздёрнутом носу выступили золотистые веснушки. Славная! Никогда ещё не встречал такой среди знакомых девушек!

— И этот аист мне казался живым, — голос Агнички дрогнул. — Мы с папой иногда приходили сюда. Он, бывало, всё шутил, будто аисты приносят счастье, а я верила. Думала, вот прилетит и принесёт мне или говорящую куклу или мяч. И Кондратий Степанович тоже рассказывал. Только его аисты приносили живую воду и воскрешали убитых бойцов на фронте. Мне даже снилось, что один такой аист воскресил папу и он вернулся с фронта живым. А мама не верит в сказки. Говорит, счастье сами люди создают…

— Ваша мама права, — перебил Володя и тут же в раздумье произнёс: — Странно, и я тоже когда-то слышал от своего отчима сказку об аистах. Он всё мечтал повезти маму к морю… Он тоже на фронте погиб…

Неожиданно Агничка смешливо пискнула и спряталась за его плечо. По дорожке шёл важный старик в зимнем пальто с барашковым воротником и в высокой шапке. Шёл он неторопливо, выбрасывая вперёд массивную трость с резинкой на конце. Его лицо было усталым, желтоватым, а необычайного синего цвета глаза смотрели прямо перед собой. Старик прошёл мимо, даже не взглянув на них.

— Наш Кондратий Степанович, — прошептала Агничка и засмеялась. 

— Ничего себе старикан. Настоящий Беликов. Ему и весна нипочём.