Его вызывающе горчащая правота была несомненна.

Пока я раскладывал бумаги у себя на столе для очередного похода за подписями, появился мой помощник Кравцов. Он мотался с документами к летчикам для согласования наших глобальных совместных планов.

– Ну, как, – отвлекся я, – подписали?

– Без проблем. Только копию просили прислать. Чтоб не путаться при очередных запросах.

– Отлично. Еще немного и скинем с плеч эту работенку…

– Другую подкинут, – Кравцов снял фуражку, почесал затылок и неожиданно выдал, – нужны противогазы.

– Возьми у меня в шкафу. Там внизу за ботинками, – ответил я, возвращаясь к перекладыванию бумажных кучек, – Если хочешь паркет лаком крыть, то толку от этого агрегата совсем чуть-чуть. Все равно слезы прольешь и начихаешься вдоволь…

Андрей достал противогаз из матерчатой сумки, натянул на лицо черную маску и что-то невнятное пробурчал себе под нос.

– Что? – переспросил я.

– Таких нужно много.

– Для чего?

– Можно заработать хорошие деньги.

– Ты, как какой-то чмошник-тыловик, опустился до торговли военным имуществом? Не позорься…

– Посчитай-ка, – продолжал Кравцов, – за каждый противогаз заплатят десять долларов, но только если их будет не менее пятисот тысяч. А тем, кто обеспечит заключение сделки, обещано до пяти процентов комиссионных.

– Ерунда какая-то. Кому понадобилось полмиллиона противогазов? Это же сумасшедшее количество. Для целой армии! Кто покупатель? Планируется массовое уничтожение населения газами?

– Я всего не знаю. Мне предложили поучаствовать за полпроцента и найти канал выхода на продавца.

– Кто предложил?

Андрей помялся, но так никого и не назвал.

– Звони во второй дом, – посоветовал я, – может у них эти противогазы девать некуда. Только кому попало они их не выдадут. Для школ там или, скажем, гражданской обороны могут даже подарить… Но не такое же количество, в самом деле.

– Может быть, ты позвонишь, – попросил Кравцов, – я там никого не знаю, а ты с ними в прошлом году в комиссии по приемке научных работ пересекался. Проценты пополам поделим.

– Не нравится мне эта затея, да и некогда сейчас, – отказался я от заманчивого предложения.

Андрей обиделся, ушел на перекур и надолго исчез, а я зарылся в бумагах, ругая себя последними словами за отсутствие коммерческой хватки. В самом деле, могут ли мне помешать несколько тысяч шальной зелени? Не секретные же бомбы продаем, а только никчемушные презервогазы.

***

К вечеру меня вызвал к себе начальник отдела. Я был готов к разносу за задержки по нескольким заданиям и заранее прорепетировал покаяние в лице и осанке. Этого, к моей радости не потребовалось. Пал Алексеич по-отечески обнял меня за плечи и попросил выяснить у знакомых сухопутчиков, химиков или инженерников где они прячут свои противогазы и не хотят ли продать излишки.

– А что вы сами-то у них не поинтересуетесь? – осмелел я.

– Да, знакомых на месте не оказалось, а у других узнавать не хочется. Разные встречные расспросы появятся.

– А вы-то для кого это хотите выяснить?

– Я тебе все потом расскажу, – уклонился шеф от прямого ответа, – когда дело сделаем. Давай, звони прямо от меня по ВЧ или по тройчатке.

Решив, что у начальника мне больше ничего не выпытать, я присел к аппарату спецсвязи и набрал номер знакомого начальника группы.

– Привет, Виктор, – поздоровался я, – поможешь мне разобраться с одним вопросиком?

– Ой, – раздалось с противоположного конца канала связи, – меня начальник управления вызывает…

Затем послышались короткие гудки. Я подумал, что давно уже пора бы мне усвоить правило, что разговоры с обитателями второго дома можно начинать только с травли анекдотов или приглашения выпить пива. Во всех остальных случаях они постоянно слышат призыв верхнего руководства…

Следующий разговор я начал в правильном ключе, но натолкнулся на неожиданные трудности.

– Я тебя записываю в общий список торговцев противогазами под восемнадцатым номером, – сообщил мне Роман, знакомый полковник из дружественного сухопутья, – замучили меня люди, подрывающие газовой щит отечества. В общем, так: или ты мне называешь покупателя, или пускай он мне сам звонит. Посредники ссылаются на других посредников, а те на третьих. Откуда ноги растут – никто не признается.

Я подтвердил, что и сам не в курсе.

– Кстати, – продолжал Роман, – тут уже компетентные органы нахохлились. Тоже о газах вопрошают. Тебя это не беспокоит?