Кухня тоже оказалась миниатюрной, выкрашенной белой краской со шкафчиками с синей отделкой.

Пухленькая тридцатилетняя женщина с каштановыми волосами до плеч стояла возле раковины, опустив туда обе руки. Выражение ужаса было на ее лице. Внезапно дверь кладовки справа от Райана распахнулась, и перед ним предстал мужчина, с которым он боролся в отеле «Савой». Крупнокалиберный автоматический пистолет смотрел прямо в грудь Райану.

– Ищите и обрящете, – бессмысленно произнес Тринадцать Недель. Его рот под разбитым носом кривила улыбка.

– Он заставил меня, – заговорила тонким голосом Би Харрис.

Теперь Райан увидел, что у нее по щекам текут слезы.

– Сначала наше старое дельце, – напомнил Тринадцать Недель. – У тебя есть видеокассеты, которые мне нужны. Где они?

– В камере хранения на автобусной станции.

– Что вы собираетесь сделать со мной? – спросила миссис Харрис.

– Мы все отправимся на автобусную станцию. А потом посмотрим.

Райан предполагал, что у него и Би совсем мало шансов на то, чтобы этот монстр оставил кого-нибудь из них в живых.

– Машина перед домом. Пошли.

Райан знал – стоит ему повернуться, и древнее оружие станет заметно. Это была его единственная защита, хотя он и не слишком надеялся на нее.

– Я сказал, пошли.

Райан стоял в дверях, склонившись на костыли, выжидая удобный момент. Джонни Фурье подошел ближе, крепко сжимая пистолет и целясь прямо в грудь Райану. Его улыбка не изменилась, когда он пнул Райана по больной ноге. Райан вскрикнул от боли и повернулся вправо. Падая, он размахнулся костылем и ударил Тринадцать Недель. Легкий удар, он лишь слегка оцарапал бандиту кожу на щеке резиновым наконечником. Голова Джонни дернулась назад, он выстрелил, но промахнулся, так как Райан уже лежал на полу. Рефлексы Райана взяли вверх, и он вскочил на ноги. Он почувствовал, как лопаются швы, словно пуговицы отлетают от разорванной рубашки. Райан дернулся влево, раненая нога подогнулась, и он рухнул на колени. Боль пронзила всю левую сторону, и он едва не потерял сознание. Миссис Харрис вскрикнула и бросилась бежать через заднюю дверь. Джонни повернулся и выстрелил. Пуля пробила дыру в косяке рядом с ее головой, когда она выбегала во двор.

Райан схватил саблю, Тринадцать Недель почувствовал это движение и снова повернулся к нему. Боулт размахнулся, сабля описала страшный, но неаккуратный полукруг, потому что у него в глазах потемнело от боли.

Джонни Фурье бросился вперед, стреляя из пистолета.

Сверкнул клинок, опускаясь со страшной силой на его правое запястье.

Он вскрикнул, когда они оба услышали хруст ломающихся костей.

Джонни, не веря своим глазам, смотрел, как его правая рука, все еще держащая оружие, падает на пол к его ногам. «Беретта» выстрелила еще раз, когда мертвые пальцы конвульсивно сжались. Отдача заставила руку пролететь по натертому линолеуму в сторону Райана. Джонни в ужасе смотрел на обрубок руки. Разрезанные сосуды разбрызгивали кровь по свежевыкрашенной кухне.

Джонни издал еще один леденящий душу крик.

Потом стукнула задняя дверь, и в кухню вбежал Коул Харрис, сын еврея и итальянки с синими глазами и черными волосами, зачесанными назад. Он с удивлением посмотрел на Тринадцать Недель, сжимающего обрубок левой рукой и вскрикивающего: – Черт! Черт! Черт! – с выражением ужаса и шока.

Райан попытался встать, но нога не слушалась его.

– Райан? – произнес Коул Харрис, вспоминая его имя, тогда как его глаза не отрывались от огромного монстра, обливавшего кровью стены кухни.

Тринадцать Недель отпустил обрубок руки и попытался схватить пистолет, но Райан здоровой ногой толкнул отрубленную кисть через кухню. Она залетела под мойку, пальцы все еще держали оружие. Тринадцать Недель зарычал, а потом выбежал из кухни.

Издалека донесся звук приближающихся сирен.

– Коул, мне нужна помощь. Вытащи меня отсюда.

– Кто был этот парень?

– Я не могу ехать в больницу. Они убьют меня. – Боулт чувствовал, что сейчас потеряет сознание. Коул помог ему, нога Райана отчаянно кровоточила. Он тяжело навалился на Коула, и они вышли из дома через парадную дверь.

Люсинда стояла на другой стороне улицы и подбежала к ним, чтобы помочь, пока Коул укладывал Райана на заднее сиденье своего «дома на колесах», припаркованного на подъездной дорожке.

– Я вызвала полицию. – Она посмотрела на его ногу. – Что случилось?

– Надо убираться отсюда, – невнятно пробормотал Райан, так как звук сирен становился слышнее. – Поезжай за нами, не оставляй свою машину.

Люсинда пристроилась в хвост фургону Харриса. Они свернули за угол всего за несколько секунд до того, как две полицейские машины, визжа тормозами, влетели на бульвар Гамильтона.

Полицейские обнаружили руку Тринадцати Недель, сжимающую пистолет, застрявшую под мойкой. Новичок-патрульный осторожно вытащил ее и стал тупо разглядывать. Они прошли по кровавому следу до задней дворовой калитки и нашли полумертвого от потери крови Тринадцать Недель на улице в квартале от дома Харрисов. Они затолкнули его в патрульную машину, подобрали пистолет с пола на кухне и помчались в местную больницу.

Джонни Фурье немедленно внесли в список критических больных. Пораженные полицейские толпились в коридоре, пили кофе из автомата и вслух размышляли, каким образом рука Джонни, держащая «беретту», оказалась под мойкой.