Год назад Дима решил, что почётное звание менеджера через силу усреднённого звена его уже не облагораживает. Бездарные выскочки — топы! Зажимают. Завидуют Диминому могучему интеллекту, невероятной коммуникабельности, искромётному чувству юмора, обаянию и, главное, деловой хватке. Уволившись из конторы, лучшими воспоминаниями о которой были халявный Интернет и безлимитный растворимый кофе, Дима написал расплывчатый бизнес-план на случай внезапного извержения инвестиций и отправился в банк за кредитом под мамину квартиру, ибо другой под руками не оказалось.

Причиной всему тому было явное божественное вмешательство и, несомненно, сочетающаяся с ним Димина жадность. Иначе и не объяснить, как горожанину в третьем поколении Дмитрию Алексеевичу Непридельному приспичило вдруг заняться разведением лошадей с целью скорейшего восстановления N-ской породы, духа великоросского коневодства, корнями своими уходящего… Ну, и неприлично обогатиться на этом, разумеется.

«И без маркетинговых прогнозов ясно — бизнес для средней полосы перспективный, народ жадно стремится back to nature и готов ради этого если не на всё, то на многое». На фоне подобных рассуждений новоиспечённому «конезаводчику» всё отчётливее являлись чудные видения фонтанов с подсветкой, каминной полки из родосского мрамора цвета топлёного молока и дубовой лестницы с балясинами «Милан». А посему, получив кредит, наш бизнесмен в первую очередь купил большой блестящий джип и щедрою рукой обновил свой гардероб. Фургончик для перевозки лошадей и трактор обошлись бы, конечно, дешевле, но Дима твёрдо усвоил уроки акул бизнес-класса — «кто мелочится — тот по делам своим мелочным и получает». Прикладная психология и накладная эзотерика бизнеса! Это вам не шнурки гладить.

Дима собирался перевезти купленного мерина — первое свое приобретение, имеющее непосредственное отношение к задуманному, в арендованную за сто километров от города конюшню и, не скупясь, оплатил услуги по доставке.

«Что они понимают!» — думал Дмитрий Алексеевич, вспоминая недоуменные взгляды конезаводчиков, после того как он сообщил им о своих целях. «Отличный экземпляр!»

Полноприводный автомобиль — мечта детства — ладно скользил по асфальту. «Отличная машина для деревни», — радовался Дмитрий Алексеевич, съезжая вслед за фургоном на грунтовку.

— Ты бы, парень, лучше «газончик» старенький приобрел или хоть «Газель», — сказал на прощание водитель фургона, засовывая купюры в задний карман робы. — Намучаешься ты на этом, — он кивнул в сторону ладного джипика, — фураж возить. Вода-то есть у тебя? Колодец там или что?.. Нет? Ну, так и воду тоже намучаешься!

Но руку пожал и удачи пожелал. И уже отъезжая, огорошил напоследок:

— Другой раз коня с яйцами купи! «Жеребец» называется…

Арендованное помещение не впечатляло ничем, кроме внушительных размеров. Отсутствовала добрая половина окон, крыша текла, грязь и запустение.

Тут бы перво-наперво лопату с молотком в руки брать, ан нет! Не на дурачков напали — это всегда успеется. Первым делом Дима заказал тарелку спутникового Интернета и создание/продвижение сайта. Потом — стеклопакеты в пустующие оконные проемы. Местные пейзане офисок кое-как сколотили в углу. Мебелишку туда сразу, мониторчик любимый.

Через неделю одинокий мерин Самшит уже истерично ржал, когда Дмитрий Алексеевич подходил к нему, чтобы угостить бутербродом. «Признал», — радостно думал Дима. Он ещё с детства помнил, что собак надо кормить утром и вечером, иногда балуя подношениями со стола. Будущее рисовалось светлой пастелью. Словосочетание «глубокий сбор» бередило душу, а слово «вальтрап» пахло не меньше, как очень дорогими духами и английскими туманами.

По соседству, буквально забор в забор, находилось хозяйство. С медведями в клетках, волками на цепи, телятами на выпасе и лошадьми. Обилие техники на гусеничном и прочем ходу привлекло Дмитрия Алексеевича, отчаянно пытавшегося облагородить территорию. В один из дней он осторожно зашёл к соседям на двор.

Рядом с воротами стоял «УАЗик», из недр которого мускулистый мужик в драной боксёрке и потёртых джинсах, заправленных в болотные сапоги, доставал «тулку».

— Эй, парень! Я смотрю, техники у твоего хозяина много, да и сам ты вроде ничего. Мусор вывези — рассчитаемся. — Димка был горд своим новообретённым барским положением. «Так с ними, пейзанами, и надо. На «ты» и повелительно».

Мужик небрежно кинул сумку на землю.

— Сейчас! — Откуда же Дмитрию Алексеевичу было знать, что по одёжке встречают только в мире полупрозрачного офисного планктона. — Рахмон! — громко и спокойно позвал мужик, лукаво прищурившись. — Бачахо! — Из-за сруба вышел матёрый мужчина явно неславянского происхождения и крепко пожал руку хозяину двустволки. — «УАЗик» поставь, а мою выгони, пожалуйста, я пока переоденусь. Ребята приехали — мы сегодня на ночь. И это… Чё ж я хотел-то?.. А! Пара тысчонок за несколько часов работы, я думаю, тебе не помешает. Вывези вон навоз у соседа. Лады? — И не дожидаясь ответа, повернулся и пошел к дому.

— Не забудь рассчитаться, — кинул он, не оборачиваясь, незадачливому «бизнесмену».

Димка попал, что называется, пальцем в небо. Офисная психология не работала в мире замкадья. Иван Андреев был негласным хозяином этой территории и, собственно говоря, фактическим Димкиным арендодателем. «Да кто же смотрит в договоры с фамилиями зиц-председателей!» — судорожно думал Дмитрий Алексеевич, провожая взглядом выезжающий из соседских ворот «Хаммер».

Рахмон управился за час.

«Сильно надо!» — думал Димка, отмусоливая оговорённую сумму, которая тут же утонула в огромной пятерне.