Но Тигрёнок не ответил мне. И даже, кажется, меня не услышал. Он был поглощен собственным открытием.

— Да у них автопилот хитро настроен! — воскликнул он радостно.

— И что?

— Похоже, на сверхмалых высотах этот «Корморан» вообще никуда не полетит. Пока пароль не введёшь.

— А на каких полетит? Если без пароля?

— Чтобы это понять, надо подыматься дальше!

— Ну так подымайся, черт тебя дери!

— Так точно! — отвечал Тигрёнок и смело двинул рукояти управления.

Мы потянулись вверх. Трассирующие пули, увы, потянулись за нами.

Совершенно беззвучно в правой двери пилотской кабины образовался ряд круглых отверстий. Пули прошли мимо нас, чудом не задев Тигрёнка (мы-то с Тополем были в экзоскелетах). К счастью, Тигрёнок был так поглощен исполнением пилотских функций, что не заметил, как близко от него прошла смерть.

Полагаю, тут бы к нам и подкрался ценный пушной зверь с голубым мехом. Но на поле битвы возник новый и притом очень опасный фигурант.

Воды круглого пруда по правому борту от «Руслана» забурлили, будто кто-то засунул в пруд исполинский кипятильник.

Фонтаны пара ударили вверх.

Сушу захлестнули частые, злые волны.

И наконец над поверхностью воды показалась черная квадратная площадка размером с теннисный корт.

Я наблюдал весь этот катаклизм на одном из экранов приборной панели — туда транслировались данные с камеры, установленной на брюхе «Корморана».

Наблюдал — и поначалу не поверил своим глазам.

— Глядите, мужики, — сказал я, гипнотически тыча пальцем в экран.

— Интересно девки пляшут, — прошептал Тополь.

Отвлекать Тигрёнка дальнейшими комментариями мы не стали. Но смотрели на происходящее во все глаза.

Черная квадратная площадка поднималась все выше. Теперь было видно, что это лишь верхняя горизонтальная грань какого-то огромного объекта. От нее под углом вниз отходили еще четыре грани, скрывавшиеся под водой.

Прошло секунд десять, прежде чем диковинный объект, стремительно поднявшись на высоту шестнадцатиэтажного дома, явил себя во всей своей инфернальной красе.

— Да это пирамида… — ошарашенно прошептал Тополь. — Огромная…

— …И она летает, — одними губами продолжил я. — Вот теперь я понимаю, о какой Пирамиде говорил тот блондинчик.

— Какой еще блондинчик?

— Начальник наряда службы безопасности! Который нас досматривал. Они еще твой нож разрядили, помнишь?

— Этих не забудешь!

— Так вот, мы же именно там, внутри этой Пирамиды, с Шивой говорили!

— Да? А с чего ты взял-то? И что это вообще за дура?

— Тупишь, Костя, тупишь, — с осуждением сказал я. — Эта дура являет собой какой-то секретный радар. Без вариантов. Погляди хотя бы на плоскости фазированных антенных решеток…

— Решеток?

— Ну эти темные пятна правильной формы на ее гранях!

— Решетки… Радаром… — Костя почесал затылок всей пятерней, как он делал всегда, когда что-то мучительно осмыслял. — А что? Очень даже может быть… Я когда под Хабаровском служил, меня посылали на тамошний радарный комплекс раннего предупреждения о ракетном нападении… «Дон-3» назывался. Отдаленно похоже.

— Ничего не отдаленно! — заводился я. — А один в один! Я же все-таки физик, хотя и недоучившийся…

— Да верю, верю… Только что нам это дает? Почему ты решил, что мы с тобой были внутри именно этой штуковины?

— А то, дурья твоя башка, что вся ленинская комната, в которой мы Инвестора повстречали, у них была забита переходящими красными вымпелами «От командования Киевского военного округа». А стенгазета их гарнизонная называлась «Ударники эфира». И скалились с нее рожи всяких старших сержантов с типичными «мандавохами» в петлицах…

— Мандавохами? — вдруг навострил уши Тигрёнок. — Я не ослышался?

— Ты не отвлекайся, тебе нельзя, — буркнул Тополь.

— Вообще-то Костя прав… Но я все-таки скажу, чтобы ты не мучился этим вопросом без ответа, — обратился я к Тигрёнку, — что «мандавоха» это жаргонное название эмблемы войск связи. А в реальности носят ее и радиотехническая разведка, и локаторщики космических войск. В общем, операторы вот таких именно радаров…

— Сильно! — прочувствованно заметил Тополь. — Но только что нам все это дает? В конечном итоге?