Лицо Кандиды оказалось сейчас у шеи Дэвида. Его губы по-прежнему касались виска девушки. Она ощутила тепло его дыхания, а голос его, казалось, обладал гипнотической силой.

– Представь, Кандида, что ты можешь то же самое, и тогда ты – богиня, богиня любви.

Дэвид взял ее за подбородок и поднял лицо. В отблесках огня его глаза казались бездонными. Буран продолжал бушевать за стеной, а здесь, внутри, казалось, разлился целый океан безмолвия.

– Я тоже осыплю тебя драгоценными камнями, – тихо произнес Дэвид. – Я повешу сапфировые звезды здесь и здесь.

И он тронул пальцем мочки левого и правого уха.

– Бриллиантовое ожерелье окажется здесь.

Палец Дэвида мягко скользнул по шее девушки. Кандида даже поежилась от удовольствия. Это дикое сочетание невероятного удовольствия и страха доводило ее до исступления.

Дэвид склонился, чтобы поцеловать девушку, и она нашла в себе силы и не вырвалась из его объятий, не выбежала прямо в снежный буран. Его губы мягко коснулись губ Кандиды.

– Прекрасно, – произнес он после небольшой паузы. – Разве нет?

– Да, – зашептала в ответ Кандида.

– И никого больше. Только ты да я.

Она почувствовала, как Дэвис касается ее груди.

– Нет, не надо.

Но он, кажется, даже не услышал ее протеста.

– Ты так хорошо пахнешь, – шептал Дэвид. – Тебе не надо духов. Кандида. Твоя кожа сохранила в себе ароматы луга. И бриллианты тебе тоже не нужны.

Казалось, что он берет своей рукой не грудь, а само сердце. В голове у Кандиды все смешалось. Она знала, что Дэвид хочет сейчас сделать с ней. То, о чем она тайно мечтала, начало сбываться. Она молилась только, чтобы Дэвид был нежен с ней и не разбил бы неосторожно хрупкий кристалл внутри нее.

– Не делай мне больно, – попросила девушка. Его губы жадно слились с ее губами.

Кандида вернулась спустя несколько часов, когда буран почти закончился. Она устала, но усталость эта была сродни сладкой истоме, и теперь она несла в себе тайну. Кандида вошла на кухню и увидела, что Джозеф вышел из своего укрытия и сейчас, завернувшись в одеяло, сидел у самого огня. У раненого явно был жар.

– Отец с ног сбился, разыскивая тебя. Где ты была, Кандида? – начала Роза.

– Меня застал буран, мама. Пришлось укрыться в сарае на вершине холма.

– Дура. Ты что, решила замерзнуть до смерти? Высуши волосы и садись ближе к огню, пока я приготовлю тебе горячую воду.

Кандида обвязала голову полотенцем и села напротив Джозефа. Он поднял голову и хмуро посмотрел на девушку. Кандида сразу же поняла, что американцу все известно. Это можно было прочитать в его взгляде. Но как он смог догадаться? Кандиду поразила эта мысль.

– Зачем вы сделали это? – еле слышно прошептал Джозеф.

Кандида вспыхнула от неожиданности, и лицо ее залила краска. Но отпираться было глупо.

– Потому что люблю, – зашептала в ответ девушка.

– А он?

– Тоже.

Лицо Джозефа превратилось в застывшую маску.

– Кандида, Кандида! Какая же вы глупая. Она чуть не расплакалась от таких слов.

– Да как вы смеете? Он любит, любит меня.

– Такие люди, как он, не могут любить таких женщин, как вы.

– А кто же тогда будет любить меня? – прошептала девушка. Они продолжали разговаривать так, чтобы никто их не услышал, и вся сцена казалась очень странной. – Кто?

– А вы не догадываетесь?

– Вы?

Взгляд его тяжелых глаз вбирал в себя Кандиду всю целиком, без остатка.

– Да. И буду заботиться о вас лучше, чем Дэвид Годболд.

Кандиде показалось, что она оказалась сейчас на краю пропасти и готова вот-вот сорваться вниз.

– Я не верю вам. Не верю. И никаких надежд, Джозеф, я вам не давала.

– Это все равно не остановит меня.

– Не говорите так, вы не имеете права.

– Он погубит вас.

Кандида готова уже была вскочить с места и убежать, как вдруг ощутила крепкие пальцы Джозефа, которые до боли впились в ее запястье.

– Он не для вас. Он оставит вас даже беременную.

– Вы сошли с ума. Дэвид лучше вас как мужчина. И этого вы никак не можете ему простить.

– Я не могу ему простить только одного: он губит вас.

– Вы думаете, что я не вижу вашей ревности?

– Называйте это как хотите.

Кандида попыталась освободить свою руку, но Джозеф продолжал держать ее мертвой хваткой.

– Вы просто ревнуете. И готовы все отдать, чтобы только оказаться на его месте. Вы, и только вы по-настоящему хотите меня использовать. Вы – самый настоящий лжец, а не Дэвид!