Снова мелькнул свет. Враг занимался каким-то новым дьявольским колдовством. Фелк-Хабрена передернуло. Ночами, когда он метался в бессоннице, из его глаз текли слезы, исторгаемые скорбью о добрых чардханцах, сраженных этим адским оружием. Долго будет плакать земля Чардхи о смертях этих красивых и храбрых мужей на поле Разбитых Камней. Ярость и отчаяние переполняли сердце графа при взгляде на логово страшного врага из Падмасы.

Снова вспышка. Враг делает новые трубы для своего оружия. Граф застонал. Как смогут они противостоять этой ужасной силе, когда их так мало? Первая же атака — и все они умрут. Граф представлял себе атаку только так, как понимали ее все чардханские рыцари. Любой другой вид нападения выходил за рамки его представлений о войне.

Глядя на красные вспышки, граф все больше поддавался депрессии. Похоже, их миссия закончилась провалом, несмотря на все, что им пришлось преодолеть. После такого похода, после победы над свирепыми племенами у стен Кубхи, после лихорадки, а потом еще и после противостояния диким животным в древних джунглях Земли Ужаса их поход все-таки окончился страшным поражением.

И тут сквозь мрачные мысли чардханца прорвалось какое-то новое чувство — странная радость объяла его. Как будто свет вспыхнул перед ним, когда он поднял глаза к голубому небосводу. Деревья ожили тысячами резких птичьих криков, птицы все сразу поднялись и, ужасно шумя крыльями, разлетелись в разные стороны.

Раскрыв рот, Фелк-Хабрен проводил их взглядом. Потом взглянул вниз, на фигурки Лессис и Лагдален, неподвижно сидящих под камедными деревьями. Что-то произошло, но он не мог взять в толк, что именно.

Странное, дивное чувство радости улетучилось, но оставило после себя след. Настроение графа улучшилось. Он перестал размышлять над трудностями, которые их ждали, теперь его мысли получили иное направление — месть.

День подошел к концу. Солнце село, продемонстрировав напоследок буйство всех оттенков красного и оранжевого. Некоторое время силуэт острова Кости еще вырисовывался на горизонте. По-прежнему приблизительно каждый час вражеское оружие напоминало о себе короткими вспышками. В сгустившейся тьме они стали заметнее, теперь их можно было видеть даже невооруженным глазом.

Луна уже высоко взошла на западе, когда Лессис поднялась на ноги и, слегка кивнув Лагдален, пошла вверх по склону. Великая Ведьма очень устала, но душа ее полнилась надеждой. После страшного поражения у них все еще сохранялась возможность вырвать победу.

Фелк-Хабрен заснул. Женщины не стали его беспокоить и сразу прошли к камедным деревьям, укрывшим оставшихся в живых драконов Сто девятого. Там они разыскали Хвостолома и Альсебру.

Лагдален разбудила драконов, как это обычно делали драконопасы — отогнув веко и слегка подув в глаз. Оба виверна тут же раздраженно сели.

Лессис добилась их внимания. И уже не в первый раз удивилась, насколько оно может быть неуютным.

— Старая история, друзья мои, — начала она.

— Что еще? — ворчливо спросила Альсебра.

— Ну, у меня есть хорошие новости и ужасные.

— Мальчики живы? — быстро проговорил Базил, едва смея надеяться.

— Живы.

Оба дракона выпрямились, громко шипя.

— Я знал это! — прогрохотал Базил. — Это довольно трудно — убить такого бесценного мальчика. Во всяком случае, способность выживать — одно из его лучших качеств.

— Клянусь огнем древних, большое облегчение — услышать об этом, — сказала Альсебра. — Где же они?

— А вот это как раз плохая новость. Они рядом, на том острове, у вершины вулкана. Их захватил наш Великий Враг и самым жестоким образом пытает.

На мгновенно ощерившихся драконов стало страшно смотреть.

— Мы поплывем на остров, — заявил Базил.

— Мы не можем плыть, — отозвалась шелковисто-зеленая дракониха, — это океан!

— Собственно говоря, — сказала Лессис, — это вопрос спорный. Это просто водоем соленой воды. Он не соединяется с большим океаном. Думаю, в этом случае запрет можно нарушить.

— Тогда плывем! — вскричала Альсебра. — Я возьму только меч. Я найду Джака.

Глаза Базила неожиданно обратились к Лессис:

— Вы пойдете с нами, леди?

— Если вы мне позволите — да. Однако я не уверена, что смогу плыть без поддержки.

— Вы поплывете на моей спине. Лагдален, друг драконов, знает, как это делается. Лагдален улыбнулась:

— Никогда не забуду ночь, когда мы переплывали реку Оон.

Лессис кивнула:

— Значит, отправляемся. И преподнесем нашему Великому Врагу сюрприз.

Воды Внутреннего моря были теплыми и солеными, то есть не совсем по вкусу вивернам, которые предпочли бы воду попрохладней. И все же они испытывали удовольствие от плавания — Базил, Альсебра и Влок, которого невозможно было отговорить, если он на что-нибудь решился. Остальные остались в укрытии на поросшем лесом склоне. Они должны были дожидаться три дня, после чего уйти и попытаться соединиться с главными экспедиционными силами.

Каждый дракон транспортировал на спине двух человек: Базил нес Лагдален и Лессис, Альсебра — командира эскадрона Уилиджера и копьеносца Рикарта, а Влок — Свейна и графа Фелк-Хабрена.