Бадди огляделся, оценивая мою конуру. Через открытую балконную дверь доносился рев самолетных двигателей.

– Уф, здесь мне, к счастью, не жить, – сказал он.

– Это уж ваше дело. Можете жить где угодно. Мне вы больше не понадобитесь. Спасибо, что привезли папки.

– Что-о? – Он в изумлении воззрился на меня.

– У меня новый напарник. ФБР. Так что можете сразу возвращаться в Лос-Анджелес. А желаете – продолжайте играть, пока не загребете столько, чтобы арендовать «Белладжио». Как и сказал, я плачу за билеты от Лос-Анджелеса до Лас-Вегаса и обратно, за вертолет до острова и сорок долларов за жилье. Столько стоит мой номер. Да, и еще пару сотен за услуги. – Я провел ладонью по папкам.

– Не пойдет, приятель. Зачем же я тащился в такую даль? Я вам еще пригожусь. Мне уже приходилось иметь дело с агентами, когда мы с Терри снимались в фильме.

– Тогда это тогда, Бадди, а сейчас это сейчас. Ладно, поехали. Я подброшу вас до гостиницы. Такси, говорят, здесь большая редкость, к тому же мне все равно надо в те края.

Закрыв балконную дверь, я вывел Бадди в коридор и запер номер. Папки прихватил, рассчитывая просмотреть их позже. По пути на автостоянку я огляделся, не видно ли охранника, но его и след простыл. Рейчел Уоллинг тоже пропала. Зато соседка Джейн появилась – она засовывала коробку с обувью в багажник белого «монте-карло». Со ступенек было видно, что багажник уже и без того забит другими коробками, побольше размером.

– Я ведь лучше! – заныл Бадди. – Этим парням из Бюро нельзя доверять, приятель. Даже Терри им не верил, а ведь сколько лет там оттрубил!

– Да знаю я, Бадди, знаю. Я и сам тридцать лет проработал в Бюро.

Он только головой покачал. Я же смотрел, как Джейн возится с машиной. Вдруг я больше ее не увижу? Интересно, уж не спугнуло ли соседку мое полицейское прошлое. А может, она подслушала часть нашего с Рейчел разговора, стены-то тонкие.

Слова Бадди насчет Бюро мне кое-что напомнили.

– Слушайте, когда вернетесь, эти ребята наверняка захотят с вами потолковать.

– О чем?

– О вашем навигаторе. Они его нашли.

– Здорово! Выходит, это не Следопыт? Шенди, стало быть?

– Похоже на то. Только не так уж это здорово.

– То есть?

Я открыл дверцу, мы залезли в «мерседес», и я завел двигатель.

– Все ваши отметки стерты. Осталась одна, так что с рыбалкой будет туговато, – покосился я на него.

– Вот черт, и как я не подумал?

– Но не в этом дело, они захотят расспросить вас о Терри и том последнем рейсе. Как я расспрашивал.

– Стало быть, вы опережаете их, приятель? А они в догонялки играют. Да вы настоящий чемпион!

– Не сказал бы.

Я знал, что сейчас последует. Бадди повернулся и доверительно наклонился ко мне:

– Возьмите меня с собой, Гарри. Право, я вам пригожусь. Я малый смекалистый. Знаю, что к чему.

– Пристегните ремень, Бадди! – Я резко подал назад, и он едва не стукнулся головой о приборную доску.

Мы выехали на шоссе и не спеша двинулись в сторону «Белладжио». Наступили сумерки. Тротуары, постепенно заполнявшиеся людьми, отдавали накопленное за день тепло. Трамваи и автобусы были переполнены. Неоновая реклама рассеивала сгущающуюся тьму, словно багровое закатное солнце. Ну, почти как солнце. Бадди канючил, чтобы я не отсылал его домой, приходилось осаживать его чуть не каждую минуту. Обогнув огромный фонтан и проехав под столь же внушительными сводами арки, ведущей к входу в казино, мы остановились. Я сказал служителю, что нам нужно тут кое-кого подобрать. Он попросил подъехать к бордюру и ни за что не оставлять машину без присмотра.

– А кого мы тут подбираем? – спросил Бадди с оттенком вспыхнувшей надежды.

– Никого, я соврал. Вот что, Бадди, если вы действительно хотите работать со мной, посидите в машине, чтобы ее ненароком эвакуатор не отволок. А я тем временем заскочу в казино. По-быстрому, одна нога здесь, другая там.

– Зачем?

– Надо кое с кем повидаться.

– С кем?

Ни говоря ни слова, я выскочил из машины, ибо это был единственный способ отделаться от Бадди: каждый ответ вызывает у него новые вопросы, и так до бесконечности. Сейчас у меня не осталось времени играть в эти игры.

«Белладжио» я знал не хуже «Малхолланд-Драйв», где работала моя бывшая жена и где я наблюдал ее в деле бесчисленное количество раз. Я стремительно пересек холл, миновал целую вереницу игровых автоматов и вошел в покерный зал.

Занято всего два столика. Рано еще. Я поспешно окинул взглядом всех игроков. Элеонор среди них не было. За столом на подиуме скучал распорядитель. Я знал его по тем временам, когда захаживал сюда с Элеонор и болтался вокруг, любуясь ее игрой. Подошел к нему.

– Привет, Фредди, ну как игра нынче?

– Да ничего вроде, желающих спустить свои денежки немало.

– Что ж, вам везет.

– Не жалуюсь.

– Не в курсе, Элеонор должна быть здесь сегодня?

Обычно Элеонор заранее предупреждала администрацию казино о своем приходе. А казино, в свою очередь, держало места для завсегдатаев или классных игроков. Порой их сводили вместе, вроде как турнир получался. В каком-то смысле моя бывшая была тайной достопримечательностью Вегаса: красивая женщина и отличный игрок в покер. Иных мужчин уже одно это сводило с ума. Кое-кто из хозяев казино, те, что поумнее, этим пользовался. В «Белладжио» Элеонор всегда принимали на высшем уровне. Если что нужно – от выпивки до изоляции грубияна, которому не место за игорным столом, – ни в чем отказа не было. И вопросов лишних никто не задавал. Поэтому Элеонор обычно играла именно здесь.