Рейчел едва не расхохоталась. Уж она-то прекрасно знала, что в Гувер-билдинг, что в Вашингтоне, округ Колумбия, интересы следствия всегда отступают на второй план перед интересами политики.

– Я уже пытался, – ответил Алперт. – И наткнулся на категорическое «нет». Слишком многое поставлено на карту. В результате взрыва, прозвучавшего в пустыне, кошка вырвалась на волю. Если человек, которого разорвало на куски, это Бэкус, – прекрасно, мы это подтвердим, и все останутся довольны. Но если это не Бэкус и если этот тип задумал что-то новенькое, директор все равно должен выйти на публику сейчас, иначе последствия ответного удара могут оказаться роковыми. Поэтому он решил сделать заявление, основываясь на данных, которые мы можем представить ему сегодня и которые сводятся к следующему: Бэкус был там, Бэкус подозревается в убийствах, совершенных в Неваде; возможно, Бэкус мертв, но уверенности в этом нет.

Шеф твердо стоит на этой позиции, и переубедить его не представляется возможным.

При словах «кошка вырвалась на волю» Алперт посмотрел на Рейчел, будто это она виновата в том, что все так обернулось. Она подумала было, не стоит ли поделиться версиями Босха, но решила, что в сложившихся обстоятельствах лучше повременить. Рано. Надо узнать побольше.

– Ладно, господа, на том и покончим, – объявил Алперт. – Брасс, очередной телесеанс состоится завтра утром. А вас, агент Уоллинг, попрошу на минуту задержаться.

Изображение Брасс медленно рассеялось. Монитор погас. Алперт вплотную подошел к столу, за которым сидела Рейчел.

– Агент Уоллинг…

– Слушаю вас.

– Ваша работа выполнена.

– Извините?

– Я говорю, все, вы здесь больше не нужны. Возвращайтесь в отель и пакуйте чемоданы.

– Но ведь еще полно дел, и мне хотелось бы…

– Меня совершенно не интересует, чего бы вам хотелось. Повторяю, вы мне больше не нужны. И вообще, с самого начала вы только мешаете работать. Короче, извольте завтра первым же рейсом вылететь домой. Я ясно выражаюсь?

– Вы совершаете ошибку. Я должна участвовать…

– Нет, это вы совершаете ошибку, вступая со мной в пререкания. Неужели не ясно? Убирайтесь отсюда. Сдавайте отчет и садитесь в самолет.

Рейчел смотрела ему прямо в глаза, стараясь передать взглядом всю обуревавшую ее ярость. Алперт предостерегающе поднял палец:

– Думайте, что говорите. А то как бы потом не пожалеть.

Рейчел взяла себя в руки, заговорила медленно и спокойно:

– Я никуда не еду.

У Алперта от изумления округлились глаза. Повелительным жестом он отослал из кабинета Дей и, дождавшись, когда за ней захлопнется дверь, повернулся к Рейчел.

– Что-что? Что вы сказали?

– Я сказала, что никуда не еду. А если вы посадите меня в самолет силой, то конечным пунктом будет не Южная Дакота, а Вашингтон, округ Колумбия, где я прямиком направляюсь в отдел профессиональной ответственности и подаю на вас жалобу.

– Да? И в чем же, интересно, вы намерены меня обвинить?

– В том, что с самого начала вы использовали меня как наживку. Использовали тайно, без моего согласия.

– Полный бред. Впрочем, валяйте. Только ребята из ОПО вас на смех поднимут и еще лет на десять отправят в захолустье.

– Черри сделала ошибку, а вы ее повторили. Когда я позвонила из Ясного, она спросила, почему я села в машину Босха. Во время совещания вы заговорили о том же. То есть вам было известно, что мы с Босхом поехали на его машине. «Откуда он мог это узнать?» – спросила я себя, и вот что надумала. Вы установили «жучок». Я обнаружила его не далее как сегодня ночью – достаточно оказалось заглянуть под днище автомобиля. Стандартный образец, даже номерной знак не стерт. Наверняка имеется соответствующий документ.

– Не понимаю, о чем это вы.

– Ничего, люди из ОПО разберутся. И почему-то мне кажется, что Черри им поспособствует. То есть хочу сказать, что я на ее месте не стала бы рисковать своей карьерой, прикрывая вас. На ее месте я сказала бы правду, а именно: вы использовали меня как наживку, понадеявшись, что Бэкус клюнет на мое имя. Пари держать готова, что все это время за мной следили. И тому тоже найдутся документальные подтверждения. Как насчет моего телефона и номера в отеле? Прослушивали, признавайтесь?

Выражение лица у Алперта изменилось, и от Рейчел это не укрылось. Он явно о чем-то задумался, и это были не столько ее обвинения, сколько возможные последствия разбирательства. Не сладко ему придется, и Рейчел видела, что Алперт это понимал. Один агент ФБР устраивает слежку за другим, более того, использует его втемную, как подсадную утку, в большой игре. Учитывая пристальное внимание, которое проявляет к деятельности Бюро пресса, а также отрицание малейших намеков на внутренние противоречия, акции его невысоко стоят. Не с ней рассчитаются по полной, но с ним. Рассчитаются быстро и по-тихому. И Алперту крупно повезет, если его отправят в Рапид-Сити, работать бок о бок с ней.