Подцепив на вилку еще кусочек пряного мяса, Роджер покачал головой.

— Великолепно получилось! Когда ты готовил его в прошлый раз, было похоже... ну...

— На резину, — со смехом подсказал Мацуги. — Правильно?

— О да, — сказала О'Кейси.

Академик все же сумела примириться с этой проклятой планетой. Она по-прежнему страдала от жары, духоты, сырости и кусачих насекомых, но от них страдали все. Во всяком случае ей больше не надо было ковылять и падать в скользкой грязи. Теперь она ехала на огромном флар-та и понемногу начинала верить, что все-таки у нее есть шансы выжить. Она немного нервничала, потому что по сравнению с остальными ей устроили просто тепличные условия, но потом один из морпехов сказал ей прямо: вы ведь добровольцем в наш полк не вызывались? И Элеонора решила по этому поводу больше не волноваться.

Она вытерла лоб и задержала дыхание. В палатке было жарко и тесно, зато сюда не могли проникнуть ни жуки, ни ядэны. Последние, кажется, не нападали, когда вокруг сновали люди, но лучше перестраховаться, чем потом плакать. С тех пор как пехотинцы стали наглухо застегивать на ночь свои индивидуальные палатки, отряд не потерял ни одного человека. Правда, расплачиваться приходилось горячечными душными снами.

— Но получилось на редкость удачно, — продолжила она, кусая мясо. — Напоминает постную говядину.

И слава богу. Жирное мясо в этом климате было бы убийственно тяжелым для желудка.

— Эму, — сказал лейтенант Ясько, зачерпывая ложкой ячмерис и кусочек мяса. — Больше всего по вкусу оно похоже на эму.

— Эму? — переспросил Корд. — Не знаю такого. Он скатал колобок из ячмериса и сунул в рот. Согласно обычаю, он брал еду с общего блюда. Не по нем все эти странные человеческие штучки, вилки там всякие...

— Птицы, которые не летают, — без церемоний ответил Роджер. Он отделил часть своей порции и принялся кормить прирученного ящеренка, терпеливо ждавшего своей очереди у ног хозяина. Кстати, поразмыслив, Роджер решил назвать его Собащером. — Раньше жили в южноамериканской пампе, а сейчас распространились довольно широко. Их легко разводить.

— Мы их на Ларсен завезли, — с тоской в голосе сказал Ясько. — Надо же, совсем как дома. Если ты мелко нарубишь остатки и сваришь из них суп, мне придется на тебе жениться, — с ухмылкой пообещал он камердинеру.

Все рассмеялись, и Мацуги тоже и даже не расплескал ни капли вина, которое наливал Роджеру.

— Прошу прощения, лейтенант. Я уже был однажды женат. Одного раза более чем достаточно.

— Как вам удалось сделать мясо таким мягким? — спросила Косутич.

Она глотнула вина, принялась за жареные овощи юккини. Морпехи окрестили так местное растение, похожее на кабачок. В отличие от цуккини в сыром виде оно слегка горчило. Приготовленные на медленном огне под маринадом собственного изобретения Мацуги ломтики овощей покрылись сахаристой корочкой, похожей на медовую глазурь. Вкус был — обалденный.

— Э-э, — хитро улыбнулся Мацуги. — Секрет шеф-повара.

Он прижал пальцем нос — вроде как «задрал», — поклонился и под аплодисменты вышел из палатки.

— Хорошо, — сказал Панэ. — Я хочу убедиться, что все ясно представляют задачу на завтра. Гулия, вам слово.

— Я говорил с Кордом и его племянниками. — Лейтенант поспешно прожевал ячмерис и запил вином. Для местного климата слишком крепкое, почти как херес, но вино есть вино. — Все вы знаете, что мы находимся на территории кранолта. Теперь вопрос: почему нас до сих пор не атаковали?

— В самом деле, — кивнул Ясько. — Мы ведь должны были пройти как раз мимо той группы, которая собиралась напасть на Ку'Нкок.

— Они не могут слишком долго оставаться на одном месте, — сказал Корд. — Речная долина слишком узка для хорошей охоты. Именно поэтому Наш Народ никогда ее не занимал.

— Надо полагать, — Гулия кивнул шаману, — охотники приходят сюда, когда на их берегу дичи становится мало. Кранолта здесь тоже охотятся, но только от случая к случаю. Если отряд, готовившийся к набегу, собирался здесь задержаться, им пришлось разделиться.

— Чтобы добывать пищу, — согласилась Косутич, дергая серьгу. — Конечно.

— Хотя бы одна такая группа должна была нас заметить, — сказал Гулия. — И следует исходить из того, что они висят у нас на хвосте и вот-вот нападут.

— Вы уверены, что это произойдет? — спросил Панэ. Они с Гулией все обсудили заранее, но капитан хотел, чтобы каждый офицер представлял себе ситуацию в целом.

— Нет, сэр, — ответил лейтенант. — Во всяком случае, не так скоро. Они должны все еще ждать известий из города. Даже если посланец и опередил нас, то ненамного, и для атаки отряд должен воссоединиться. Даже кранолта должны признать, что мы являемся серьезной военной угрозой.

— Не забывайте, — сказал Корд, царапая ножом пластиковый пол палатки, — они находятся на чужой территории. Они пришли для набега. И они не нападут, если не будут уверены, что у них достаточно воинов, чтобы разбить нас наголову. Но когда мы углубимся в их земли, они будут нападать на каждом шагу. И чем дальше мы зайдем, тем сильнее будет наш враг и тем чаще он будет наносить удары.

— Итак, — подвел итог Панэ, — мы должны повысить бдительность. На холмах, которые мы преодолели, племя не охотится, но равнина — их привычные угодья. Независимо от того, насколько велик отряд у нас за спиной, впереди — постоянная угроза атаки. А времени преподать им хороший урок — чтобы запомнили, как дорого обойдется им каждая наша жизнь, — у нас нет.