–Дерьмо, - ответил он.

Джейк не издал ни звука, пока перебирали его раны. Он оставался тихим и неподвижным под их руками. Я бы всех проклинала и как минимум вздрагивала бы.

Грэхэм очевидно собрал все бесхозное стекло, которое смог найти, и вытер руки о полотенце.

–Грэхэм, ты ведь носишь освященный предмет?
– я очень хотела, чтобы он сказал нет.

–Нет, - ответил он.

Облегчение затопило меня, и я вздрогнула. Мне было холодно и от влажной одежды, и от шока. Нет, это не был несчастный случай. Арлекин попытался убить меня. Черт. Я не поняла этого, даже после всех предупреждений. Я была похожа на ребенка, который ткнул палкой котенка, а обернулся на него тигр.

–Ответь мне, Анита, - потребовала Клаудия.

В комнате было слишком много народу, чтобы открыто говорить об Арлекине. Как сказать о чем-то, не раскрывая карт?

–Грэхэмом управлял кто-то очень сильный, так что он даже не помнит этого.

–О чем это ты?
– спросил Грэхэм.
– Никто не подчинял меня.

–Спроси Клэя, - ответила я, - он тоже это видел.

Клаудия воспользовалась рацией и позвала к нам Клэя. Она повернулась ко мне.

–А теперь сначала, Анита, с самого начала…

–Я не могу рассказать об этом, не поговорив с Жан-Клодом.

–Это дерьмо с жучками уже устарело, - послышался голос Фредо. Он был крысолюдом и одним из тех, кто редко брал в руки пистолет. Он предпочитал ножи, много ножей.

–Я тоже так думаю, - ответила я, - но вы, парни, должны знать, что случилось с Грэхэмом, иначе будет слишком поздно.

–Мы слушаем, - ответила Клаудия. Она была очень серьезна, почти угрожающе. Ей очень не нравились все эти шпионские штучки. Мне не в чем было ее обвинить.

Я рассказала им все во благо Грэхэма.

Клаудия сказала:

–При дневном свете, на расстоянии, какой-то вам воздействовал на Грэхэма?

–Да, - ответила я.

–Это и должно было произойти, - сказала она.

–Не при дневном свете, не на расстоянии, да, такого не бывает.

–Ты говоришь мне сейчас, палач вампов, что никогда не видела ничего подобного?

Я начала было говорить, что не видела, но остановилась.

–У меня были контакты с Мастерами Городов на их территории на расстоянии, пока я спала.

–Но это происходило ночью, - сказала она.

–Верно, - ответила я.

Мы уставились друг на друга.

–Ты говоришь о тех парнях…

Она остановилась.

Я ждала, пока она закончит, но когда она не стала продолжать, сказала:

–Освященные предметы должны носить все.

–Но ведь это не спасло тебя только что, - сказала она.

–Зато это не дало им пролезть в мою голову так же далеко, как в голову Грэхэма, что он даже не помнит об этом.

–Я знаю, что ты не солгала бы, - сказал Грэхэм, - но потому, что я этого не помню, я не могу в это поверить.

–Это как раз то, что делает вампирские штучки такими опасными, - сказала я.
– Именно это. Жертва не помнит, как все произошло.

Голос Джейка был лишь слегка напряженным.

–Что ты сделала, чтобы заставить крест так реагировать?

–Это не был крест, - ответила я.

Блеснуло лезвие, это Хуанито столкнулся с необходимостью вырезать осколки прямо из-под волос Джейка. Очевидно, теперь их можно было извлечь только так. Мне ъотелось отвести взгляд, но я не могла себе этого позволить. Джейк пострадал из-за меня. самое меньшее, что я могла сделать, это проследить за тем, чтобы ему помогли.

–Тогда что это было?
– спросил он, последнее слово вышло из него с шипением, поскольку лезвие забиралось все глубже ему под кожу.

–Я… я не уверена, что смогу это объяснить.

–Попробуй, - сказал он сквозь зубы.

–Я попыталась сопротивляться при помощи своей некромантии, и ЕМУ это не понравилось.

Хуанито стряхнул с лезвия осколки стекла на кровавое полотенце и вернулся обратно к завиткам волос Джейка.

–Ему?
– переспросила Клаудия.

–Да, определенно это он.

–Ты его видела?
– спросил Джейк, и его дыхание было судорожным, потому что на полотенце упала очередная порция стекла.

–Не видела, скорее чувствовала. Энергия была определенно мужской.

–Т.е. это был мужчина?
– спросил Джейк, его голос стал тонким от боли.

Я задумалась над этим.

–Мне показалось, что я видела мужское лицо, всего на мгновение, и… - я почти сказала «маску» и остановилась.
– Но это могло быть и иллюзией. За исключением того, что сила была явно мужской.