Артурчик подумал, что мачта не пройдёт под мостом, потом отругал себя за такую глупость: лодочники плавают не первый год, как у них может не пройти мачта?

– Что-то не нравится мне этот комитет по встрече… – пробормотала мать. – Давайте-ка ружья на вид.

Чиркнул огневик, затлели фитили. Люди на мосту стояли, не шевелясь. Теперь было видно, что это абы. Один из них оглянулся и посмотрел назад и вниз, за себя…

– Лизка, дура, куда правишь! – вдруг закричал главный лодочник, тот, что ворочал парусом.

Так это девчонка! – поразился Артурчик. Ну, класс! Он стал смотреть на неё: как она, натянувшись всем телом над бортом, прижимает к груди и подбородку эту длинную штуку, которая идёт к рулю. И гребцы вдруг разом ударили в вёсла, и ещё, и ещё. Мост был над головой и поворачивался, и на мосту ругались и кричали. Потом совсем рядом – попало на парус, брызгами на людей, – рухнул жёлтый водопад, в нос ударила вонь светильного масла, а потом в лодку упал и разлетелся искрами и углями глиняный горшок! Петя-Рыжик выстрелил снизу в настил, но пуля не пробила толстые плахи.

Наверху раздался треск, верхушка мачты зацепила-таки за что-то, вниз посыпалась труха и щепки. Гребцы гребли теперь в разные стороны, разворачивая лодку на месте, сейчас она стояла почти поперёк течения.

– Сам дурак! – задыхаясь, запоздало отругнулась Лизка.

– Умница ты, умница! Сгорели бы без тебя…

Артурчик вдруг испугался. Их только что хотели убить и, может быть, всё ещё хотят, просто пока не могут, а сейчас лодку вынесет из-под настила…

Кто-то вылил на угли ведро воды, и всё заволокло угарным паром.

Опять грохнул выстрел, наверху страшно заорали. Артурчик поднял голову. Из-за перил никто не показывался. Вот вынесло совсем… совсем. Теперь ничего не плеснут сверху.

По пояс высунулся аб, погрозил кулаком и исчез – присел. Высунулись ещё двое и тоже исчезли.

Потом, издали, видно было, как они бежали в сторону города.

Остаток дороги все всматривались в берега, ожидая ещё какой-нибудь подлости, но – обошлось. Правда, к берегу причалили не у пристани, а просто в пологом, без обрыва, месте. Артурчик думал, что лодка сейчас уплывёт, но главный лодочник велел гребцам отойти на глубину и там бросить якорь; сам же он, прихватив Лизку, пошёл подавать жалобу властям, потому что такой бандитизм оставлять безнаказанным нельзя.

Артурчик почти сразу понял, где они высадились: на задах старого городского клуба. Пару лет назад здание стало умирать, то есть вонять и разваливаться, и клуб перенесли в другое, помоложе. Вот в этом саду, месте безопасном, потому что ползуны никогда не забираются туда, где есть деревья (а деревья, к сожалению, не растут там, где бывают ползуны, – а то весь город был бы засажен гуще, чем самый густой лес) – в этом саду устраивалась осада Ля-Рошели. Ля-Рошель была построена на платформе между четырёх самых толстых деревьев, и осаждающие пытались допрыгнуть до неё с помощью «партизанок»…

Можно было вывернуть на эстакаду, но мать повела своих по старым мосткам. Лодочник спросил, как добраться до суда, ему показали дорогу – и тоже посоветовали держаться старых мостков.

Возле обкома уже толпился народ – человек сто. Мать пытались остановить, она отмахивалась: после, после. Но у дверей её подозвал к себе дед Владлен.

– Не нашла, – коротко сказала мать. – Но они с Олегом и с Дворжаком, где-то прячутся, думаю, там всё в порядке. Хуже другое…

– Ты про Йеризинов хутор? Мы уже знаем. Наталья вернулась. А Иван с обозом идёт, мёртвые тела везут – и похоронить по-людски чтоб, и врачам показать. Наталья говорит – ни царапки ни на ком. И ведь два дня пролежали, в тепле – а никакого запаха. Будто высыхают. Тебе это ничего не напоминает?

– Не знаю, – сказала мать. – А должно?

– Мне вот смутно что-то мерещится… по-моему, с Земли ещё. Будто бы газ какой-то такой был…

– Газ?

– Или жидкость. В общем, отрава. На Земле же, помнишь, наверное – так насекомых выводили. Ядами всякими. Ну и на двуногого тоже много было всего запасено, не применяли только… В общем, точно не помню, где я это читал или слышал, но вот – совпадает один в один.

– Ты думаешь, их отравили?

– А что ещё?

– Но кто? И зачем?

– Это ведь туда с неба какая-то штука свалилась? – встрял Артурчик.

– Туда, – сказал дед Владлен. – Туда… И потом её эти искали, с Верхнего. Вот бы у кого поспрашивать…

– Спросим, – сказала мать. – Ой как спросим. Так, – повернулась она к Артурчику, – ты пока попасись здесь, я мигом – туда и обратно…

И исчезла.

– С ней всю дорогу? – спросил дед Владлен.

– Ага. Сто четырнадцать кэмэ. Не верите, вон у Рыжика спросите.

– Почему не верю? Ленка может…

– А чего народ собрался?

– Так надо.

– Я не маленький, – сказал Артурчик. – Мне можно говорить. Нас только что чуть с моста не сожгли…