Шрифт:
И в подтверждение ее словам отряд вендийцев-охранников пронесся мимо.
— Усталые глаза Иштар… — вздохнул Таллок. — Я — великий чародей!
— Ты будешь мертвым чародеем, если не заткнешься, — сказал ему Конан.
— Сколько действует эта магия, Таллок? — шепотом спросила Кесея.
Юноша пожал плечами.
— Этого мне не говорили.
— Нужно поскорее убираться отсюда, — напомнил Вало.
Восемь беглецов побежали к воротам.
— Старайтесь держаться вместе, — предупредила Кесея. — Думаю, это колдовство действенно только тогда, когда мы все вместе в пределах невидимого круга.
— Смотрите, чтобы этот не удрал, — киммериец кивнул на брахмана Саттара. — Он может испортить всю магию.
Колдун только жалобно вздохнул.
Позади послышались крики недоумевающей стражи. Вендийцы носились через весь огромный двор, безуспешно пытаясь отыскать пропавших беглецов.
Визит к Крому пока откладывается, решил Конан.
Глава VI
Из дворцового двора беглецы выбирались подобно призракам — никто их не видел и не пытался остановить. Один вендийский солдат налетел на Вало-великана и растянулся на земле. Поискав глазами невидимую преграду, стражник, так ничего и не поняв, подобрал оброненный меч и понесся догонять остальных. На этом злоключения кончились. Группа успешно оставила позади дворец правителя и стала осторожно пробираться по светлеющим улицам Айодхьи в «Очи Катара», чтобы сделать последние приготовления к пути.
Утреннее солнце расплескало на город скудные блики желтого цвета.
В таверне для браминов их ждала Диаса. Девушка позаботилась о том, чтобы нанять караванщиков, которые согласились вывезти группу из города. На площади соседнего квартала брахманов и их друзей уже ожидали три готовые к путешествию слона с погонщиками. Магия Таллока рассеялась сразу, как только оранжевый диск всплыл над домами города.
Собрав вещи, Кесея со своими ученицами отправилась на площадь. Конан, Таллок и Вало последовали за девами-браминами. Саттар, лунный маг, поплелся вслед за всеми.
— Не оставляйте меня! — взмолился колдун. — После всего, что случилось я не смогу остаться в городе. Раджа велит разыскать меня и казнить.
Кесея и Конан посмотрели друг на друга. Варвар пожал плечами.
— Одним колдуном больше, одним меньше… Пусть идет, если хочет.
В небольшой башенке на спине слона умещалось как раз четыре человека. Одно место занимал погонщик, три других предназначались для путешественников.
Конан, верховная жрица и Диаса забрались в беседку ведущего слона, Таллок, Алекса и Саттар в башню другого, гигант Вало, Исира и Алиэль — на спину животного, замыкавшего шествие.
Наступило время распрощаться со столицей Вендии.
Караван тронулся в путь.
Киммериец сурово улыбнулся — новый день для него наступил, и ничто не предвещало тревоги.
— Я видел тебя во сне, — сказал варвар Кесее. — Ты возникла из сияющего коридора и протянула мне руку. Я, наконец-то, сумел выбраться из бездны, куда меня заточил проклятый кхитайский колдун. Догадываюсь, этот подлец нам одинаково неприятен. Но, пожалуй, невежливо начинать знакомство подобным образом. Я…
— Конан из Киммерии, — кивнула жрица.
— Колдовство! — возмутился варвар. — Откуда ты знаешь мое имя?
— Я знаю много того, что недоступно простому смертному, ибо я — Кесея.
— Никогда раньше не слышал, — проворчал киммериец.
В больших темных глазах верховной девы-брамина мелькнула насмешливая искорка с долей симпатии.
— Ты еще очень юн, воин. Я прожила долгую жизнь, больше ста зим, и разные народы знали меня под разными именами — Адана, Ираэн, Повелительница, Путешествующая-в-Тени, Кая. Аданой меня звали в детстве, а Кая — это первое имя, которое дали мне люди общества. В Вендии меня знают, как Кесею, верховную жрицу брахманов Сна.
Конан с недоверием оглядел свою собеседницу.
— Больше ста зим, говоришь? Хотя, у вас, чародеев, по-другому и не бывает. А как звучит твое настоящее имя, Кесея?
Женщина нахмурилась.
— Тебе это необязательно знать, киммериец. Теперь усмешка мелькнула на лице Конана.
— Настоящее имя колдуньи не должен знать никто, верно? Неужели ты и в самом деле веришь, что тот, кому ты доверяешь секрет настоящего имени, способен забрать всю твою силу?
— А ты веришь в это, Конан?
— Предрассудки, — отмахнулся варвар. — У меня на родине люди говорят, что Кром распределяет силы смертных до их рождения. Если бы он хотел сделать тебя слабее за счет другого человека, то отдал бы ему дар прежде, чем тот появился на свет.
— Эти предрассудки отнюдь не беспочвенны, Конан, — сказала волшебница. — Тот, кто низверг тебя в темницу кошмаров, знает твое имя.
— Пусть так. Но как только я узнаю его имя, я безо всякого колдовства приду и вырву его поганое сердце, даже если он спрятался за пазухой у Властелина Теней. Клянусь дланями Иштар, я жестоко отомщу чернокнижнику, пожелавшему отнять у меня свободу и превратить в своего раба.