— Кто ты, брат?

— Конан, — коротко ответил киммериец.

— Почему вы пытались спасти нас, воин?

— Мы не пытались. Наша группа просто проезжала через это забытое богами селение. Коварные шакалы из вашего народа возжелали заполучить наших женщин, а нас вырезать, точно баранов. Пришлось отбиваться. Надеюсь, я убил много врагов — негоже являться к Крому в одиночестве.

— Те, о которых ты говоришь, не из нашего народа.

— Что? Разве Араказ не мунганское поселение?

— Когда-то было. Пока его не захватили гир-канцы.

— Гирканцы! Как они пробрались в эти земли?

— Суригай и его Клан Костей раз в год собирает своих воинов из всех селений, чтобы провести ритуал поклонения своему кровожадному богу Кхазалам-Амолу. Это даже не бог — чудовище, обитающее на берегах подземных рек и раз в год выбирающееся на поверхность на несколько дней, чтобы собрать жертвы, которые преподносят ему поклонники из Клана Костей. В обмен на щедрые дары Кхазалам-Амол делится со степняками своей силой. Позапрошлой ночью гирканцы напали на наше селение и беспощадно расправились со всеми жителями. Остались только мы пятеро, но Суригай сохранил нам жизнь лишь для того, чтобы принести в жертву своему поганому богу!

— Я убил Суригая.

— Что ж, теперь его место займет Кезеш. Он и сам давно мечтал разделаться со своим братом. Однако этот степняк оставил тебе жизнь вовсе не из благодарности к твоему поступку. Ты тоже станешь частью кровавого пиршества Кхазалам-Амола.

— Никогда!

— Как только взойдет солнце, он придет и пожрет наши тела.

Пленник прикрыл глаза.

— Эй! Как твое имя, друг?

— Маллас, — вздохнул кочевник.

— Ты рано теряешь надежду, парень. Мы еще выберемся отсюда и спляшем на мертвых телах наших врагов.

— Но как мы спасемся от Кхазалам-Амола, Конан? Рассвет уже близко.

Киммериец принялся яростно тереть путы о колонну. Веревка из конского волоса была старой и не очень прочной.

— У нас еще есть время…

Варвар вкладывал в работу все больше усилий, пока небо на востоке медленно не покрывалось блеклой желтизной. Гигант Вало открыл один глаз и взглянул на пленников. Второй глаз вендийца заплыл сгустком крови.

— Где мы, Конан? Неужто в покоях Асуры? Тогда почему я вижу все ту же степь?

— Жив! — воскликнул варвар, увидев палача брахманов в сознании. Киммериец вспомнил, как целый десяток дубин опустился на затылок Вало. Это было последнее, что видел Конан, прежде чем кочевники ввергли его в бездну мрака.

— Значит, я еще до сих пор не у Асуры, — сделал вывод веидиец, оглядевшись по сторонам. — Где Кесея и девы-брамины?

— Надеюсь, им удалось уйти. Мы с тобой попали в серьезную переделку, Вало. Скоро сюда явится Кхазалам-Амол, охочий до человеческих жертв, и тогда мы точно отправимся каждый к своему богу.

— Я не собираюсь умирать, пока не уверюсь, что со жрицами Сна ничего не случилось.

— Поддерживаю тебя, друг. Нужно вырваться из этого плена.

Веревка, сдерживающая Конана, заскрипела еще сильнее. Вало, увидев, чем занят северянин, с утроенной силой взялся за свои путы. Маллас и двое других выживших мунганов не пытались освободиться — слишком много пленники потеряли крови. И у них почти не осталось сил.

Солнце медленно озарило землю первыми лучами.

Вдалеке показались гирканцы Клана Костей.

Воины выстроились огромным кругом, окольцовывающим семь колонн, на которых висели тела жертв, предназначенные в дар Кхазалам-Амолу. К пленникам направился отряд из шести степняков. В главном Конан узнал Кезеша — его белый малахай нельзя было спутать. Вторым ехал Асалга-колдун, с суровым видом взирающих! на приговоренных к смерти. Кочевники подъехали к пленникам и остановили коней в нескольких десятках шагов.

— Ну что, собаки, готовы к встрече с великим богом? — зло усмехнулся воевода гирканцев.

— То кровожадное чудовище, которому вы поклоняетесь, — не бог! — выкрикнул Конан. — Я убью Кхазалам-Амола, а потом доберусь и до тебя, трусливый шакал!

Варвар плюнул в лицо новому вождю гирканцев.

— Ах ты, мразь! — взревел Кезеш. Но бездумно бросаться на северянина, пусть даже и связанного, он не захотел. Пойманный зверь все равно остается зверем.

Предводитель воинов Клана Костей утер плевок рукавом.

— Проучите его, как следует, — кивнул он на Конана двоим гирканцам. — Но смотрите, не убивайте. И так уже двое этих слабаков сдохли, а Кхазалам-Амол любит свежее мясо.