Около лошадей вертелся сынишка повара. Он пытался погладить Лайнес, а та упорно отводила морду в сторону. Увидев хозяйку, лошадь тихонько заржала и всем корпусом подалась в её сторону.

— Потом, погоди немного! — Принцесса шлёпнула её по шее и ласково отвела в сторону тычущуюся в руку морду.

— Послушай, — задумавшись, на ходу подбирая слова, обратилась Стелла к мальчишке, — можно достать бумаги и чернил или чего-нибудь другого, пригодного для письма?

— Не знаю, — почесал в затылке парнишка. — В нашей семье никто не умеет писать.

— А позаимствовать у кого-нибудь тоже нельзя?

— Позаимствовать? — Похоже, он не знал, что означает это слово.

— Ну, взять, а потом вернуть, — быстро поправилась Стелла.

— Думаю, можно. Кажется, у старшего повара есть бумага — он часто посылает поварят за разными вкусностями и, чтобы те его не обманывали, пишет на бумажке записки лавочникам.

— Принеси мне, пожалуйста, бумаги и чернил — они мне очень нужны. — Девушка молитвенно сложила руки.

— Хорошо, принесу. Только, — глаза у него шаловливо блеснули, — за это Вы позволите ещё раз прокатиться на Вашей лошади.

— Конечно! — расплылась в улыбке принцесса.

Девушка буквально вырвала сероватый лист бумаги и засиженную мухами чернильницу из рук парнишки и, бросив на ходу: «Большое спасибо!» побежала писать письмо. В сторожке никого не было, — Бейфа, уже вернувшаяся с работы, вместе с дочкой ушла за водой — и стол был в её полном распоряжении.

Писала она быстро; буквы, выводимые самодельным пером, не желали стоять смирно и упорно загибали строчки вверх, но Стелла не замечала этого. Наконец всё было кончено. Она подняла лист, подула на него и быстро пробежала глазами написанное. Вроде бы не слишком грубо и явных грамматических ошибок нет.

Подождав, пока чернила подсохнут, Стелла сложила бумагу вчетверо и бегом вернулась к лошадям. Как она и предполагала, парнишка вертелся вокруг Лайнес.

— Погоди, сейчас я её оседлаю, — приветливо бросила принцесса и протянула ему записку. — Отнесёшь это завтра утром во дворец и отдашь кому-нибудь из слуг. Там подписано, для кого это, так что они разберутся.

— А что в письме? Ничего опасного? — Мальчик недоверчиво покосился на зажатую в её руке бумажку.

— Нет, нет, ровным счётом ничего! Так, записка одному моему старому знакомому. Мы с ним не в таких хороших отношениях, чтобы я могла пойти навестить его, но мне очень нужно кое-что сообщить ему… Так ты отнесёшь?

Парнишка пожал плечами и сунул бумажку в один из карманов своего сюртука.

Само собой разумеется, Стелла той же ночью тайком ушла от приютивших её людей. Она и так причинила им много беспокойства и не хотела подвергать новым опасностям — за укрывательство преступника их ждало жестокое наказание. Ничего, одну ночь можно переночевать и в лесу. Одной, конечно, страшно, но ничего не поделаешь. Зато завтра… Завтра всё решится. Либо ей вообще не придётся нигде спать, либо у неё и волков снова появится компания.

Было около полудня, и если он появится, то именно сейчас.

Честно говоря, ей надоело его ждать.

Слегка побаливала спина — да, постель у неё сегодня была не из мягких. Ничего, пройдёт. Если она и дальше будет раскисать и мечтать о пуховой перине, следовало остаться в Лиэрне, а не изображать из себя героиню.

Чтобы немного размять затёкшее тело, девушка прямо в седле начала делать простенькую гимнастику. Кровь медленно разливалась по каждой клеточке, наполняя её умиротворением и спокойствием.

Однако это невежливо заставлять себя так долго ждать! Он, наверняка, не принимает ее всерьёз. Да её и невозможно принимать всерьёз — одинокую фигуру посреди шахматного поля, пешку, возомнившую себя королевой.

Он не приедет, а пришлет вместо себя отряд маргинов. Или не пришлет, чтобы она, выкрикивая пустые угрозы, с позором вернулась в Лиэрну и осознала свое место — куклы-марионетки.

Но Маргулай приехал. Один, как она и просила.

Как ни странно, её эта встреча обрадовала. Наконец кончится эта неизвестность!

— Надо же, ты еще жива! — театрально воскликнул он. — А я слышал, что тебя забрали под землю.

— Меня вернули обратно.

— И там успела всем насолить, — усмехнулся колдун. — Что, до сих пор горишь желанием убить меня?

— Да, — твёрдо ответила принцесса. — Для этого я и написала Вам.

— Признаться, меня удивило твое письмо. Смело и нагло — это мне всегда нравилось. Итак, я здесь, как видишь, маргинов с собой не взял. Что дальше?