С противоположной стороны дороги тянулась высокая каменная стена. В нескольких местах кладка от старости обвалилась, открыв вид на невозделываемое поле.

Сам дом был небольшой, но уютный. Перед ним был разбит скромный цветник; за домом росли три грушевых дерева. Он был вопиющим отступлением от идеальных маленьких крепостей Ренга. Эти жилища так подходили городу, где запрещена радость.

Накормив и напоив гостей чаем, попотчевав их свежеиспечённых булочками, Амира вдруг засуетилась. Несмотря на то, что солнце только что село, она настоятельно советовала им идти спать.

— Что случилось? — Стелла поймала её за руку в коридоре. — Я же вижу, что что-то происходит.

— Нет-нет, всё в порядке! — Голос Амиры показался ей подозрительным.

— Амира, Вы можете полностью доверять мне. Всё останется между нами, я не скажу даже Маркусу.

Хозяйка некоторое время колебалась, потом огляделась по сторонам и завела гостью в чулан. Она погасила свечу и плотно притворила за собой дверь.

— К чему все эти предосторожности? — спросила Стелла, когда Амира повернула ключ в замке.

— Так нужно, — почти касаясь губами её уха, зашептала хозяйка. — Дело в том, что сегодня ночью мы собираемся навестить Бэлу.

— А кто эта Бэла? — тоже шёпотом поинтересовалась принцесса.

— Моя соседка. Милая добрая женщина. У неё был свой кабачок на выезде из города, неподалёку отсюда. Туда заглядывали те немногие, что не хотели мириться с лавитами, да и путники, если таковые вообще заезжали в Ренг, предпочитали пить эль у неё. Бэла была смешливой, иногда даже танцевала со своими посетителями — вот её и схватили.

— А куда смотрит губернатор? Как он мог допустить такое? — в негодовании спросила девушка.

— Губернатор? — грустно усмехнулась Амира. — Беднягу графа Кэшара убили ещё пять лет назад, убили подло, ударом в спину.

— Но как же рапорты? Кто же их подписывает?

— Граджет. Он умеет подделывать подписи.

— А налоги?

— По документам они платятся регулярно. В реальности же в казну не поступает ни монетки.

— Это не может так продолжаться! Местные жители должны…

— Они сделают всё, что угодно Граджету, и видят всё не своими, а его глазами. Несчастные фанатики! По его приказу перебили всех чиновников, спастись удалось немногим, в сущности, никому. Поэтому вам там, в Лиэрне, кажется, что здесь всё в порядке — рассказать правду о Ренге просто некому.

— А как же Вы?

— Здесь не пишут писем. Выезд жителей из города без письменного разрешения запрещён.

Ну и город! Нужно будет во всём этом разобраться.

— Пойдёте с нами? Я не настаиваю, просто мне показалось, что это задело Вас за живое.

— Пойду куда?

— К Бэле. Мы решили принести ей немного еды: в тюрьме плохо кормят.

Это было безрассудно, необдуманно, нелепо, опасно (список эпитетов можно было продолжать), но Стелла согласилась. Рассказы о проделках лавитов пробудили в ней острую, подсознательную ненависть к ним. Поход в тюрьму воспринимался ей как протест против насилия.

Чувства, вызванные смертью разбойника, рассеялись, да и Стелла была убеждена, что убийство лавита — это совсем другое, вовсе и не убийство, а справедливое возмездие.

Амира посоветовала одеться неброско и обязательно задрапироваться в плащ с капюшоном. Принцесса робко заметила, что у неё нет такого плаща. Хозяйка уверила её, что с этим проблем не будет.

— Можно взять с собой Маркуса? — тихо спросила Стелла.

— Пожалуй. Ваш друг не похож на болтливого человека.

— Да и оружием он владеет лучше, чем я.

— У Вас есть оружие?

— Да. Думаю, два меча не будут лишними.

— Тогда можно попытаться освободить Бэлу, — вздохнула Амира и громко добавила: — А теперь пора ложиться спать.

Принцесса удивлённо посмотрела на неё.

— Всё в порядке, — шёпотом успокоила её хозяйка. — Пусть чужие уши решат, что мы добропорядочные граждане. Будьте готовы к половине двенадцатого. Плащи будут лежать у изголовий кроватей. Да, не забудьте погасить свет, желательно, до десяти — так мы сможем избежать лишних подозрений. Не забывайте, повсюду полно соглядатаев.

Стелла кивнула и, когда Амира отперла дверь, бесшумно проскользнула в коридор. Наконец-то первое серьёзное дело!