Она ничего не видит. Думает, он нормальный, обычный ребенок. Но вы-то, теть Оль, видите? – продолжал Гоша. – Как вы думаете, может так быть, чтобы от нас ничего, а от тех – все? Представляете, он как Наташка, ничего не выбрасывает. Вот что это такое? Ладно, Наташка жила в нищете, но у Саши всегда все было, а он даже сломанные игрушки не отдает. Он станет алкоголиком и его шарахнет током в трансформаторной будке. Не знаю, что мне делать. Это так больно – признавать, что твой ребенок... Хорошо, что отец не видит...

– Ты бы не спешил с такими заявлениями.

– Я реалист. Мне вообще иногда кажется, что не я его отец.

Гоша уронил чашку на блюдце. Чашка разбилась, кофе разлился по скатерти.

– Черт, простите.

– Ничего, сейчас вытру.

Мама собирала осколки и видела, как Гоша баюкает свою руку.

– Что у тебя с рукой?

– Тремор. На нервной почве. Трясется. Не все время. Когда волнуюсь.

Когда мы вернулись на Север, Аня ждала нас за накрытым столом. Дядя Юра, как всегда, отсутствовал, но мужчина в доме был – новый Анин поклонник, Дмитрий. Митя.

Митя на вид был чуть старше меня.

– Ребенок, ты хоть совершеннолетний? – ахнула мама.

– Да, – обиделся Митя, – мне скоро девятнадцать.

Мама посмотрела на Аню, но промолчала. Видимо, только из-за меня.

– А что мне было делать? – шептала Аня моей маме. – Я думала так, на одну ночь, а он под дверью сидел. Вот я ему и разрешила переехать – на время, конечно. Чтобы не окочурился там.

Митя влюбился страстно. А после того как она разрешила ему жить с ней, чуть не умер от счастья – в прямом смысле слова. Он, покидав в рюкзак вещи, перебегал через дорогу. Выскочившую из-за поворота машину просто не заметил. Через две недели с загипсованной ногой Аня забрала его из больницы. Митя был на седьмом небе. После всего пережитого он решил, что она – женщина его жизни. И сказал, что хочет на ней жениться. Она неожиданно согласилась.

Митя хотел, чтобы было как у всех – новый костюм, невеста в белом и в фате, цветы, машина. Аня уговорила его посидеть тихо.

Скандалы начались из-за фотографий, на которых Аня была запечатлена со своими многочисленными поклонниками. Митя хотел их выбросить, а она не разрешила.

– Зачем они тебе нужны?! – кричал он.

– Это моя жизнь, мое прошлое! – кричала она в ответ.

– Чтобы смотреть и вспоминать?

– А если и так? Ты не имеешь права распоряжаться моими воспоминаниями!

Они бурно ругались, бурно мирились. Аня клялась, что он – самый лучший, самый дорогой ей человек, что она выбросит эти фото. А Митя уверял, что больше не скажет и слова против, что она права – это ее жизнь. И он ей верит.

Когда в квартире раздавался телефонный звонок и звонили Ане, Митя заводился.

– Кто это звонил? Очередной твой бывший?

– Я не обязана перед тобой отчитываться.

– Обязана. Ты моя жена.

– Да, это мой бывший. Только не очередной, а просто бывший. И что?

– Почему он сюда звонит?

– Спросить, как я поживаю. Что в этом такого?

Каждый раз одно и то же. Одни и те же слова. Митя требовал, чтобы она немедленно перезвонила и сказала, чтобы он, бывший, больше никогда не звонил. Она говорила, что это глупо и не будет перезванивать.

Однажды Митя из окна увидел, как Аню целует мужчина.

– Что это за придурок? – спросил он, когда она вошла в квартиру.

– Это не придурок, а очень уважаемый человек.

– Почему он тебя целовал?

– Это был дружеский поцелуй.

– Ты с ним тоже спала?

– Не тоже. Я его любила. Он был женат. Все это закончилось задолго до встречи с тобой.

– Он же старый.

– Он не старый.

Митя не выдержал после того, как познакомился с дядей Юрой. Дядя Юра в очередной раз вернулся из мест заключения. Мама была в командировке, Аня занята Митей, и никто его не встретил.

Дядя Юра, кстати, был совсем не похож на уголовника. У него был глубокий уверенный баритон и манеры, некий лоск и определенный снобизм. Так вот, дядя Юра открыл дверь своим ключом – дома никого не было – и пошел в ванную. Надел халат, тапочки – ему понравилось, что все осталось на прежних местах – и пошел готовить обед.

Митя вернулся раньше Ани и мамы. Пытался открыть дверь, но она была заперта изнутри. Он позвонил – ему открыл незнакомый мужик в его халате и в его тапочках. Мужик держал в руках половник и вел себя по-хозяйски. Митя испугался, сказал, что ошибся дверью. Мужик пожал плечами.

После этого Митя твердо решил развестись.

– Это наш сосед. Я тебе сто раз говорила, – устало доказывала Аня.

– Мне кажется, ты переспала со всем городом, – говорил Митя. – Я иногда думаю, что смогу тебя убить. Из ревности. Сколько у тебя было мужчин? Сто? Двести? Знаешь, что меня больше всего убивает? Ты спишь! Ложишься и спокойно засыпаешь. Я прошу тебя поговорить со мной... А ты спокойно можешь уснуть в такой момент!