Шрифт:
— А дрессировщиком? — поинтересовался Данька.
— Тем более. Ты же видишь, что нет детей ни фокусников, ни дрессировщиков, — вставила мама.
— Этого оттого, что они не умеют правильно сказать "Алле-оп!" — объяснил Данька.
— Вот именно. Для этого-то и надо много учиться, — подтвердила мама.
Данька подумал еще немножко, а потом просиял.
— Согласен!
Мама вздохнула с облегчением, а Данька продолжал:
— Я приготовлю номер и стану выступать еще до осени, тогда я смогу быть артистом и ходить в школу.
Мама хотела было что-то возразить, но папа остановил ее. Он знал, что этот бесконечный спор может привести только к новым слезам.
— Ладно, но это только в том случае, если ты начнешь выступать до осени, — сказал он.
— А если нет, то пойдешь в школу у бабушки, и пока не вырастешь, ни о каком цирке не может быть и речи, — закончила мама.
Уговор был честный. В знак согласия Данька шлепнул своей ладошкой по папиной руке, и они скрепили свой договор крепким рукопожатием.
Тут только Данька вспомнил, что еще не рассказал о своем необычном путешествии, и он с гордостью сообщил:
— А я сегодня был в джунглях. Мы с тигрятами играли, а еще я на лианах катался.
Мама выразительно посмотрела на папу, взяла Даньку за плечи и, глядя ему прямо в глаза, сказала:
— Даня, я тебя прошу, ты можешь играть в кого угодно, только, ради Бога, не подходи к хищникам. Обещаешь?
— А собака — это хищник, если она мясо ест? — спросил Данька вместо ответа.
— Нет, собака — это домашнее животное.
— Значит, домашних мне дрессировать можно?
— Сколько угодно, только чтобы дядя Лева мне на тебя не жаловался.
— Ладно, — Данька кивнул головой и широко улыбнулся.
Впервые он почувствовал себя очень важным и занятым человеком. Теперь, когда он, наконец, стал дрессировщиком и фокусником, ему предстояло переделать очень много дел.
ГЛАВА 7. ДРЕССИРОКУСНИК
Как у любого уважающего себя мальчишки, у Даньки было свое потайное место, про которое не знали даже папа с мамой. Оно находилось за ящиками в дальнем углу циркового городка. Данька поделился своим секретом только с Бубликом.
Пока Данька выяснял отношения с родителями, Бублик сидел в их укромном местечке и беседовал с большой серой крысой Грымзой.
— У меня теперь свой дрессировщик есть, получше дяди Левы. Он даже Черный Ящик выдрессировал, — хвастался Бублик.
— Слышь, а может он и меня дрессировать возьмется? — с надеждой спросила Грымза.
— А тебе-то зачем? У тебя житье вольное, — удивился Бублик.
— Так-то оно так, только дрессированным живется куда как лучше, — возразила Грымза. — Почет, уважение, трехразовое питание, и капканов на тебя никто не ставит.
— А чего же ты раньше не пошла дрессироваться? — поинтересовался Бублик.
Грымза вздохнула.
— Я со старым дрессировщиком не в ладах. Он меня недолюбливает. Как-то раз меня увидал, как закричит: крысятник тут развели, слона, мол, пугать. А больно мне надо слона пугать? Будто у меня других дел нету. Эх, как бы мне к новому дрессировщику попасть!
— А может, у тебя таланта нету, — важно сказал Бублик.
— Честное слово есть. Ты бы замолвил за меня словечко, а уж я в долгу не останусь. Я бы тебе косточку принесла, — Грымза заискивающе посмотрела в глаза Бублику.
При упоминании о косточке Бублик всем своим нутром ощутил, что Грымза — безусловно талант, и пообещал попросить за нее, когда увидит Даньку.
Данька не заставил себя ждать. Вскоре он появился за ящиками. Грымза на всякий случай юркнула в щель. Увидев Бублика, Данька просиял:
— Знаешь, теперь я точно решил, кем буду. Угадай!
— Ну, ясно, дрессировщиком, — сказал Бублик.
— Нет, — замахал головой Данька.
— Передумал, что ли? — так и охнул Бублик. Обещанная косточка уплывала прямо из-под носа.
— Нет. Угадай еще… Сдаешься? — Данька лукаво посмотрел на Бублика.
— Сдаюсь, — согласился Бублик.
— Я буду дрессирокусником.
— Как это? — от такого трудного слова у Бублика зачесалось левое ухо, и он с остервенением почесал его задней лапой.
— Это значит дрессировщиком и фокусником сразу.
— Слушай, а ты к себе новую артистку примешь? — поинтересовался Бублик.
— Какую артистку?
— Да вот, я к тебе свою знакомую привел. Она страсть как дрессированной хочет стать. Эй, Грымза, ты где? — Бублик сунул нос в щель между ящиками.