— У него отобрали крылья совсем несправедливо.

— Это не тебе решать.

— Нет мне. Никто ведь не проверял, что было после того как Велл материализовался. В том районе ведь был всплеск веры.

— Был, — кивнул архангел. — Но что это меняет? Он знал, что крылья отнимут, но все равно сделал то, что сделал. Он не раскаивался в том поступке.

— Все равно это несправедливо, — вздохнула Рада. — Ему ведь их больше не дадут. Ангелы не простят ему того, что он меня любит.

— А тебе черти простят любовь к ангелу?

— Черти терпимее ангелов, — грустно улыбнулась Рада. — А у Велла были такие крылья, — вздохнула она.

— Зачем ты мучаешь его? Для него твоя любовь важнее крыльев. Ты ведь и сама страдаешь.

— Больше не буду, — пообещала Рада и хитро улыбнулась. — Вот соблазню и перестану.

Архангел засмеялся и поцеловал девушку в лоб: — Иди, чертенок.

Крылья архангела распахнулись, и Рада услышала шум на площади и увидела Велла, с крыльями за спиной. Ангел озирался, не понимая что происходит.

— Спасибо, — Рада повисла на шее архангела, чмокнув его в щеку. — Спасибо тебе.

— Не благодари меня, — улыбнулся архангел. — Я вернул их не потому что тебе очень нравятся его крылья, а потому, что он их действительно давно заслужил. Береги себя и не делай больше того, о чем потом будешь жалеть.

— Я постараюсь, — улыбнулась Рада, глядя на исчезающего в воздухе архангела. Она вытерла глаза, надеясь что они выглядят не очень ужасно и не спеша пошла к Веллу.

— Ну ты идешь? — спросила она, немного пройдя мимо.

— Рада, — воскликнул Велл, догадавшись откуда крылья. — Иду, — он нагнал девушку, поставил продукты на землю и крепко поцеловал ее.

— Давно бы так, — улыбнулась Рада. — А то все нельзя и нельзя.

Ужинали молча. Рада размышляла, пытаясь сохранить состояние покоя оставшееся после разговора с архангелом, а Велл просто не мешал. Он только иногда сводил и разводил крылья, все еще не веря, что это не сон. Все было слишком хорошо. Он очень боялся, что сейчас Рада что-нибудь выкинет, и тут же ругал себя за такие мысли. Но нехорошие мысли все равно лезли в голову. Господи, ну как с ней не сомневаться? Как понять она простила или в очередной раз просто подпустила поближе, чтобы потом ударить? Но даже если ударить, — наконец решил Велл. — Пусть бьет. Он пришел сюда чтобы поддержать ее, и он это сделал. Но Рада не ударила и даже не ругалась, она просто уснула, сидя в кресле. Велл осторожно переложил ее на кровать и, убедившись, что девушка крепко спит, вышел из квартиры, прикрыв за собой дверь. Было еще не очень поздно, и Велл отправился к родителям.

— Вельзевул? — удивился появлению сына господин Тауэр.

— Что-то случилось, мальчик мой? — вышла из детской, где она укладывала младшего сына госпожа Изадора.

— Нет, мам, у меня все в порядке, — обнял мать Велл.

— Боже, Велл, крылья, — воскликнула женщина. — Тебе вернули крылья. Я думала этого никогда не произойдет, я думала, они никогда не простят тебе связь с чертовкой.

— Вообще-то крылья мне вернула Рада, — смутился Велл. — Вернее не она сама, а архангел, но у него об этом, видимо, попросила она.

— Ты помирился с Радой? — удивился господин Тауэр.

— Наверное.

— Наверное? — переспросила госпожа Изадора.

— Вы же знаете, с ней ни в чем нельзя быть уверенным, — вздохнул Велл. — Но, надеюсь, она меня простила.

— Ну, если она просила архангела за тебя, то думаю, можно считать что помирился, — улыбнулся черт. — Это надо отметить.

— Вообще-то я пришел не за этим, — возразил Велл. — Я пришел поговорить с тобой.

— Вот как? И о чем? — удивился мужчина.

— О Раде. Вернее о том, что с ней произошло во время ее исчезновения. Не спеши снова говорить, что тебе ничего не известно, я знаю, что это не так.

— Откуда такие сведения? — усмехнулся господин Тауэр.

— Она сама сказала. Она не смогла рассказать, что с ней произошло, и сказала, что если мне интересно, то я могу спросить у тебя.

— Я пойду приготовлю вино и закуски, а вы пока поговорите, — вздохнула госпожа Изадора и кивнула мужу, мол расскажи, раз уж разрешили.

Велл выслушал отца молча, хотя в некоторых местах ему хотелось кричать. Как она выдержала? Как смогла? Маленькая, хрупкая Рада.

— Что стало с тем, кто обрек ее на это? — спросил он, когда отец замолчал.

— Тебе лучше этого не знать, — покачал головой мужчина. — Если ты хочешь остаться с Радой, то просто прими к сведению, что его наказали и все.

— Какое наказание может искупить то, что он с ней сделал? — покачал головой Велл. — Почему ей не стерли память?

— Насколько я знаю, она сама от этого отказалась, — пожал плечами Тауэр.

— Немыслимо, — Велл опустился в кресло напротив отца. — Я догадывался, что произошло что-то из ряда вон выходящее, но чтобы настолько….