— Если вы думаете, что я затаил обиду на шутника, из-за которого мы столько времени потратили на это наглое насекомое, то вы ошибаетесь. Я, наоборот, благодарен ему за предоставленное наглядное пособие. Может, эта муха и преподаст вам урок того, как должны думать маги. Итак, кто помнит заклинание вызова?

Поднялся рыжеволосый паренек, похожий на степную лисицу — такое же сочетание узкого лица и круглых любопытных глаз.

— Смотрю, мы с вами земляки, — улыбнулся Арчи. — Вы с Альвы?

— Так точно! — неожиданно низким голосом произнес рыжий. — Баронет Эрн-Лисский, к вашим услугам!

— Знаю! Ваш замок — почти у устья, там, где Лисское нагорье обрывается в долину. Приятно встретить земляка. Так вы утверждаете, что знаете заклинание вызова. Нет, не надо его повторять, а то в лаборатории будет стоять такой же гул, как над навозной кучей в жаркий день. Лучше вспомните, как вы определили место, куда должна была прибыть эта крылатая негодница?

— «Эт-дау-рьен». «Там, где я».

— Не совсем так. Это формула, под которой понимается прямая видимость — «чтобы я видел». Естественно, что когда вы находитесь в замкнутом пространстве, то сквозь стены вы не видите. А теперь подумайте, чем можно заменить этот кусок заклинания.

Студенты задумались. А муха продолжала назойливо жужжать…

— Неужели вы все так плохо знаете язык та-ла?

— Я не знаю, как на этом древнем языке будет «в задницу», — задумчиво пробормотал тот парень, что хотел стрелять в муху.

Арчи расхохотался:

— «В задницу» вы ее отправите сами! Достаточно выкинуть негодницу в окно — весь остальной мир, кроме этой лаборатории, будет для нее той самой «задницей». Но для этого вам нужно ее поймать. То есть?

— Понял! — воскликнул рыжий баронет. — Меняем «эт-дау-рьен», например, на «место на столе, на которое я смотрю» — «ваус-этор-дау-рьенэ» — и смотрим в одну точку…

Юноша пробормотал несколько фраз на языке та-ла, и муха послушно спланировала на лабораторный стол. Арчи ловким движением накрыл ошарашенное насекомое стеклянной чашкой:

— С пленницей разберемся потом. А сейчас запишите одно из главных правил стихиальной магии: всякое понятие должно быть определено. Вы обязаны точно понимать, что хотите сделать… Для этого необходимо понимать сущность каждой вещи в окружающем вас мире. Многие получают способность видения сути от рождения. Но вы наделены этим даром в меньшей степени, так что вам придется познавать суть при помощи вот этого лабораторного оборудования, — и Арчи повел рукой, показывая на лабораторную посуду.

Когда занятие закончилось, Арчи с облегчением выпроводил студентов из лаборатории и шмыгнул в небольшую комнатку, в которой отдыхал магмейстер эт-Лотус.

— Уф, я чувствую себя хуже, чем после похода за Кром! Лутус, дружище, не могли бы вы поделиться со мной тем кофе, запах которого я чувствовал в последние минуты занятия? — проговорил Арчи, с удовольствием падая в одно из кресел.

— Я варил его для тебя, — ответил толстый стихиальщик, снимая с жаровни медный кувшинчик. — Эти почти-некроманты готовы выжать досуха кого угодно.

— А почему, интересно? — задумчиво произнес Арчи, отхлебывая кофе. — Вроде бы ребята — не бездарности. Особенно этот рыжий баронет. Парень уже кое-что может. Интересно, где понабрался? И за что их так не любят в Школе?

Магмейстер эт-Лотус почесал подбородок. Пожал плечами:

— Не знаю. Может быть, на ребят переносят отношение к ордену. Понимаешь, тут, в столице, некроманты слишком влиятельны. Неоправданно влиятельны. Их всегда поддерживают жрецы Тима Пресветлого.

— Да, люди очень боятся смерти, — кивнул Арчи. — Боятся больше, чем она того заслуживает. Их пугает неизвестность. Что будет за Кромом? Обыватель не знает этого и поэтому боится каждого, кто может повлиять на его посмертие.

— Может быть, и так, — согласился стихиальщик. — А может и не так. Некроманты способны немало испортить и земную жизнь. Взять хотя бы господина эт-Висилини… Это — отец того брюнета, который предлагал вам вызвать слугу. Официально он считается хранителем королевского дворца. Но неофициально…