– Что не нравится?

– Не знаю, просто не нравится, и все.

Я и сам не мог понять причину беспокойства. Обычная изгаженная дверь в обычном грязном подъезде самой что ни на есть обычной обшарпанной пятиэтажки. А за ней не менее обычная квартира, в которой живет ничем не примечательный мелкий дилер. Но что-то упорно не давало мне просто взять и постучать. Легкое чувство неправильности пробежалось ледяными коготками по позвоночнику, сдавило затылок и никак не желало уходить. В чем дело? В запахе или в том, что, когда я смотрю на дверь, начинает ломить глаза и виски?

– Илья говорил, у тебя просто нюх на всякие подлянки, так что тебе и карты в руки, – неожиданно поддержал меня Гриша.

Прежде чем я успел разобраться в своих чувствах, внизу громыхнула входная дверь и по лестнице затопали шаги.

– Опять вы, ироды! Ох, найдется на вас управа! – заверещала этажом ниже старушка.

– Да ладно, мать. Чего шумишь. Мы по делу. – Говоривший заметно растягивал слова, из-за чего складывалось мнение о его заторможенности. Наркоманы? Неужели Витины клиенты?

Мы с Гришей переглянулись и, стараясь не шуметь, взбежали на четвертый этаж.

– Если что, мы их лучше на выходе прихватим, – шепотом сообщил мне Конопатый и вытащил из кобуры на поясе ПМ. Я тоже достал пистолет.

Шаги остановились на третьем этаже, и кто-то что есть мочи заколотил в дверь. Даже не сомневаюсь, что именно в нужную нам дверь.

– Ну вот, а он мне и говорит: «Герыч не катит, от ханки приход куда легче. Вмажешься и сразу будто ежиком кухонным по хребту», – продолжил видимо давно начатый разговор один из наркоманов. – Прикинь, да? А что бы он про Л-13 сказал?

– Да лох он конченый, – заявил тот, что растягивал слова, и снова заколотил в дверь. – Витя! Ты вымер, что ли?

– Не скажи, – не согласился с приятелями третий. – Мне вот ханка тоже больше нравится.

– Да ты просто чистого героина никогда не пробовал. Брал что подешевле, вот тебе и впаривали димедролом разбодяженный.

– Витюха, открывай!

– Пацаны говорили, неделю его уже дома застать не могут.

– Может, он ласты склеил?

– Этот чертила нас всех переживет.

Нарки еще минут десять обсуждали достоинства и недостатки героина и все сильнее пинали дверь. Наконец, придя к логичному в общем-то выводу, что хозяина нет дома, они протопали вниз. Странно, что дверь выломать не попытались.

– Ну, если и этот загнулся, то я уже и не знаю, что думать, – забеспокоился Гриша. – Придется дверь ломать.

– Придется. – Я осторожно выглянул в запыленное окно. Ушли, голубчики.

Гриша уже примеривался к двери, когда я спустился на третий этаж. Автомат он в этот раз доставать не стал и ограничился «Макаровым».

– Убирайтесь отсюда, сейчас охрану кликну, – заскрипел из-за двери соседней квартиры старческий голос. Да что за заповедник пенсионеров такой?

– Антонина Кузьминишна? – Григорий поднес к глазку бляху. – Дружина. Живет еще кто на этаже?

– Куприяновы и Жуковы. Они на работе сейчас, – после долгой заминки вновь проскрипели из-за двери. – А Витька, стервец, дома должен быть.

– Он точно дома? – уточнил Григорий.

– Да кто ж его знает? Раньше целыми днями дома сидел.

– Спасибо. – Григорий развернулся ко мне. – Ну что, я выбиваю дверь и прикрываю тебя, ты заходишь первым.

– Может, через окно попробуем? – предложил я. И чего это мне везде первым лезть приходится?

– Зачем усложнять? На счет три… – не оставил мне времени на возражения Григорий и, быстро досчитав до трех, впечатал подошву в дверь рядом с замком.

Дверь затрещала, распахнулась и с грохотом врезалась внутренней ручкой в стену. Изнутри пахнуло затхлым воздухом. Неприятный запах усилился.

Я с пистолетом в руке запрыгнул внутрь и тут же по коже пробежали сотни ледяных муравьев. В полумраке квартиры, окна которой оказались задернуты плотными шторами, очертания мебели и дверных проемов казались странно искривленными, а пол и потолок, хоть и не могли пойти волнами, выглядели именно так. Чувствуя, как нарастает покалывание по коже и шум в ушах, я выматерился и прищурился. Какого…?!

Сзади тихо ойкнул и схватился за косяк Григорий.

Я проморгал заслезившиеся глаза и попытался успокоить дыхание. Как такое может быть? Столь мощного поля магической энергии мне не приходилось ощущать не только на Севере, но и в лаборатории Гадеса. Но почему оно не рассеивается? И запах… Теперь я его вспомнил – именно этот аромат иногда приносили ледяные ветры, когда мы с Шуриком Ермоловым лазили по северным руинам.