— А можно таким образом превратить свинец в золото? — поинтересовался я.

— Можно, — кивнула девушка. — И не только свинец. Но если ты попытаешься обогатиться подобным образом, получишь очень сильную отдачу. Тебя просто размажет как муху. С такими вещами можно экспериментировать, ради интереса. Но пытаться нажиться на них — значит рыть себе могилу. Джара не любит алчных.

— А как воля связана с намерением? — снова спросил я. — Ведь сложение событий — это как раз прерогатива намерения?

— Совершенно верно, — кивнула Настя. — Просто намерение — это не что иное, как управление волей.

— Сложно все это… — вздохнула Лена, продолжая гладить кота. — И как-то ненормально. Именно поэтому я и боюсь магии.

— Любую вещь, даже самую хорошую, можно при желании извратить до безобразия, — за Настю ответил Олег. — Просто тебе не повезло, ты пока встречалась только с темной стороной магии. Но в ней есть и хорошее. Ты, как никто другой, должна это чувствовать.

— Почему? — не поняла Лена.

Олег взглянул на меня, явно предоставляя мне право ответить на этот вопрос.

— Потому что ты не такая, как все, — пояснил я. — У тебя особая энергетика. Ты чувствуешь Джару лучше, чем обычные люди. Тайны, которые другим открываются с трудом, ты будешь схватывать с полуслова. Потому что за твоей спиной стоит сила.

— Не знаю… — с сомнением покачала головой Лена. — Пока я хотела бы держаться от всего этого как можно дальше…

О том, что исчезла Лена, Хараму сообщил один из его слуг.

— Ей позвонили, мой господин, — доложил невысокий худощавый человек, подобострастно глядя на хозяина. — Она ушла, потом вернулась — где-то через полчаса. Собрала какие-то вещи, забрала кошку и ушла.

— Кота, Артур. Кота… — Маг не спеша прошелся по кабинету. — Я был уверен, что прошлых уроков ей хватило. Выходит, ошибался. А ошибаюсь я, Артурчик, очень редко… — Губы Харама сложились в узкую полоску. — Но это даже интереснее. — Он вдруг улыбнулся. — Кто ей звонил?

— С проходной, мой господин. Вот запись с камеры слежения. — Слуга протянул хозяину компакт-диск.

— Включи, — велел Харам и сел в кресло.

Минуту спустя он уже вглядывался в изображение на экране разместившегося на стене большого плазменного телевизора.

— Девушку я знаю, это Ольга, — задумчиво произнес маг. — Но этого парня вижу впервые.

Парень и девушка на экране покинули фойе, слуга остановил запись.

— Повторить?

— Не надо… — Харам вынул сотовый телефон, небрежным жестом велел слуге уходить. Выключив телевизор, тот положил пульт на столик рядом с хозяином и быстро покинул кабинет.

— Зайди ко мне, — велел Харам, услышав голос абонента. — Сейчас…

Четверть часа спустя в кабинет вошел Виктор.

— Приветствую вас, учитель, — сказал он и слегка склонил голову.

— Садись… — указал на кресло Харам. — Взгляни сюда… — Взяв пульт, он снова включил воспроизведение записи. Когда Ольга и незнакомец на экране вошли в фойе, остановил кадр. — Знаешь его?

— Это тот самый человек, о котором я говорил, он был с ними в поезде, — нахмурился Виктор. — Но не беспокойтесь, я уже обо всем позаботился. В ближайшие дни их не станет.

— Как раз твои проблемы меня совершенно не беспокоят, — прокомментировал его слова маг. — Но они увели Лену, а это уже моя территория. Девушка мне нужна.

— Хорошо, я найду ее. Не понимаю только, почему вы так возитесь с этой девкой? Их же полно кругом — выбирайте любую.

— Ты пытаешься учить меня, с кем мне спать? — Брови Харама слегка приподнялись.

— Простите… — Виктор опустил голову. — Я сказал глупость.

— Это не удивительно. — Хозяин кабинета вновь взглянул на экран. — Почему они здесь, Виктор? Тебя не удивляет их появление? Сдается мне, что они пришли по твою душу.

— Они умрут, — с нажимом произнес Виктор. — Я уже обо всем позаботился.

— Все понятно — договорился с бандитами… — Харам осуждающе покачал головой. — Сколько ты уже у меня — почти три года? А так ничему и не научился. Я уже сомневаюсь, что из тебя что-то получится. Ты пустоцвет, фальшивка. От тебя нет никакого толку. Кузнечик, он и есть кузнечик. Совершенно бесполезное насекомое.