Что могут подтвердить агенты, наблюдавшие со стороны, подумала Анна. И так импонировавшие ей слова Фосса вдруг стали отравой, она усомнилась в его отношении к ней.

— Что бы вы почувствовали, — медленно заговорила она, — если б оказалось, что женщина, которую вы любили, — шпионка, что она шпионит за вами? Вы бы решили, что ее любовь — лишь прикрытие, подделка, не так ли? Что она злоупотребила вашим чувством, предала доверие. Разве такое можно простить?

— Да, если бы она была агентом. Но Джуди не служила…

— Вы спросили, чего я боюсь.

— А я вам говорю, что подобные опасения безосновательны, и, даже если б она была агентом, я уверен, у Патрика не поднялась бы рука… Лазард другое дело…

— Вот теперь я совершенно спокойна.

Сазерленд заерзал в кресле. Этот разговор только мешал задуманной им разведывательной операции.

— Хватит переживать из-за Джуди Лаверн, — приказал он. — Никакого отношения к вам она не имеет.

— Не из-за нее ли Уилшир предложил мне жилье? — напомнила Анна.

— Мы рассматривали другую гипотезу: Уилшир хотел поселить англичанку у себя дома, чтобы через нее снабжать нас информацией — или дезинформацией. Но мы пришли к выводу, что у него нет причин затевать столь сложную игру, и зачем бы ему понадобилось так рисковать?

— Кардью говорил, что Уилшир — игрок.

— Верно, — кивнул Сазерленд, вертя в пальцах жетон, попавший к нему через посредство тайника для писем. — Что это такое?

— Один из множества жетонов, которые Лазард передал Уилширу в казино.

— На мой взгляд, ключевая фигура не игрок, а тот человек, который сидит за столиком для баккара и забирает выигрыш. Он-то играет наверняка.

Анна покраснела: надо же оказаться такой дурой! Позволила сбить себя с толку. Нужно было полностью сосредоточиться и обрабатывать информацию, а она отвлеклась на эмоциональную чепуху — так назовет это Сазерленд. Причем «эмоциональная чепуха» не сводится к переживаниям из-за Джуди Лаверн.

— Еще один вопрос… Тот человек, который помог вам доставить Уилшира домой, — напомнил Сазерленд. — Вы не назвали…

— Он не представился.

— Но ведь очевидно, что этот человек следил за вами.

— Это был не Джим Уоллис.

— Да, конечно, я поручил ему присмотреть за вами, но не приближаться вплотную. Если бы он отволок Уилшира в дом, это было бы, так сказать…

— Вероятно, таинственный незнакомец.

— Все у нас таинственные, — проворчал Сазерленд.

— За исключением Бичема Лазарда.

— Да, он, кажется, довольно прост. Его интересуют деньги, и только. Хотя… его отношения с Мэри Каплз несколько удивили меня.

— Вероятно, у супругов Каплз дела обстоят совсем скверно.

— Тут имеется загвоздка. Вы сказали, Каплз работал на «Озалид»?

— Так он сказал мне.

— Мы только что обсуждали американский филиал концерна «И. Г.», — напомнил Сазерленд. — В числе прочих компаний им принадлежат «Дженерал анилин энд филм», «Агфа», «Анско» и… «Озалид». «ГАФ» поставляла хаки и красители для военной формы, что обеспечило им доступ на все военные базы Соединенных Штатов. Все съемки военных учений проявлялись в лабораториях «Агфа» и «Анско», а все чертежи военных объектов печатались на множительной технике «Озалид».

— И вся информация прямиком поступала в Берлин?

— Фе-но-менальное нарушение элементарных правил безопасности, — отчеканил Сазерленд. — Но после Перл-Харбора этому положили конец. «Очистили источники», как они говорят.

— И среди вычищенных оказался Бичем Лазард?

— Вот почему он переехал в Лиссабон. Работает он исключительно на себя самого. Сотрудничает не только с немцами, но среди них у него есть связи на высшем уровне, немцы ему доверяют…

— И американцы тоже.

— Похоже на то, — признал Сазерленд.

— Итак, поскольку Бичем и Хэл Каплз работали в филиалах одной и той же компании, следует допустить, что они могли быть знакомы и раньше?

— Точно мы этого не знаем.

— Вам известно, когда Каплз поступил на работу в «Озалид»?

— Мы запросили более полную информацию у американцев. Придется подождать.

— Какие сведения Хэл Каплз мог бы продать американцам? Что интересует их — на другом континенте, по ту сторону океана?

— Вот именно. Псы уже на пороге их дома, с какой стати интересоваться состоянием псарни? — Сазерленд пососал пустую трубку, ему отчаянно хотелось курить. — Не будем спешить с выводами относительно Каплзов. Рано или поздно американцы поделятся с нами информацией, а мы пока что будем следить за всеми рейсами Лиссабон — Дакар. Теперь ваша задача: проникнуть в кабинет Уилшира и попытаться выяснить, откуда поступают алмазы, где они хранятся, как организована сделка. Выяснить все, что сможете. Если алмазы хранятся в доме, договоритесь с Уоллисом о сигналах, чтобы известить его в тот момент, когда камни заберут.