— Мамуль, раз уж у нас с тобой пошел такой откровенный разговор, скажи, как определить, были у Лукашина с кем-нибудь близкие отношения или нет?

— Ой, Яночка, ну откуда же я это могу знать? — удивленно сказала Ольга.

— Вот это не справедливо. Парни могут определить, а девушки нет. Мне, знаешь, что сказали, будто Лукашин с Милкой спал.

— Господи, Яна, да кто тебе об этом сказал?

— Ну, неважно кто. А то, что у Байсаровой уже взрослые любовники были, я точно знаю.

— Так, выбрось все это из головы и давай спать, — ответила Ольга и вышла из ее комнаты.

Лежа в кровати, Ольга Сергеевна крутилась и никак не могла уснуть. Ее мучила совесть за страдания, которые она доставляет парнишке. Анастасия в данный момент отдыхала в Испании, и у женщины не было возможности поделиться своими переживаниями ни с кем. Она долго вертела в руках мобильный телефон, раздумывая, позвонить или нет Милорадову. Наконец, Ольга набрала его номер.

— Да, — услышала она недовольный голос.

— Мирочка, извини, если я тебя разбудила, — тихо произнесла женщина.

— Оля! Оленька, это ты? — радостно спросил Мирик.

— Я сейчас разговаривала с дочерью и узнала, что ты сильно расстроен.

— Расстроен? — переспросил парень. — Я не расстроен, я умираю. Можно сказать, что я уже умер.

— Мира, в конце концов, будь мужчиной и не накручивай себе на ум всякую ерунду, — возмутилась Ольга.

— Ничего я не накручиваю, — ответил тот. — Если я и расстроен, так только тем, что Крылатова нет в данный момент в Бостоне, я не могу приехать и зарыть его на семь метров в землю живьем.

— Мирик, ты соображаешь, что говоришь?

— Очень хорошо соображаю, — спокойно ответил Милорадов. — Когда он вернется, я приеду в Америку и уничтожу своего соперника.

— Прекрати немедленно болтать глупости.

— Оля, я убью его, и никто мне не помешает.

— Хочешь пожизненное заключение получить? — спросила она.

— А мне без разницы? — усмехнулся юноша. — Пожизненное так пожизненное. Жизнь на свободе, но без тебя, не имеет никакого смысла.

— И это мне говорит взрослый мужчина.

— Да, взрослый. Пацан бы на такое не решился, — ответил тот.

— Хорошо, а обо мне ты подумал? Как я себя буду чувствовать? — поинтересовалась женщина.

— А тебе его жалко? — ехидно спросил Мирик. — Мне нет.

— Мне жалко тебя, и себя, кстати, тоже.

— А меня ты уже один раз пожалела в ту ночь, — вновь усмехнулся парень. — До сих пор не могу забыть.

— Ладно, пожалей теперь ты меня, — попросила Ольга.

— А я не хочу тебя жалеть, я любить тебя хочу.

— Вот и люби, только глупостей не делай.

— Хорошо, если тебе Крылатова жалко, я уйду из жизни сам, и не буду надоедать тебе своими излияниями.

— А ты жестокий человек, Мирочка, — с укором произнесла женщина. — Ты жестокий и жалкий шантажист, — добавила она.

— Пусть так, — согласился тот. — Зато ты очень жалостливая, соблазнила меня и умыла ручки. Я ведь тебя силой в постель не тащил. Ты сама этого захотела. Насладилась в моем лице своим любимым Новомиром Львовичем, кайф словила и радуешься.

— Сумасшедший! — с возмущением воскликнула женщина и отключила мобильник.

Минут через 20 Ольга услышала, что в окно ее спальни кто-то кидает камушки. Она выглянула и увидела на улице Милорадова. Господи святый, — подумала она, накинула плащ и вышла во двор.

— Оленька, милая, прости меня, — произнес юноша, опускаясь перед ней на колени.

— Встань немедленно! — сказала женщина, оглядываясь по сторонам. — Что ты мне здесь цирк устраиваешь?

— Оля, пойдем ко мне, — умоляющим голосом попросил парень. — Я не буду к тебе приставать, мы просто поговорим.

— Немедленно иди домой, а завтра утром я к тебе зайду, — пообещала Ольга и вошла в подъезд.

Рано утром женщина звонила к нему в дверь. Мирик открыл, и они прошли в комнату. Некоторое время оба молчали.

— Ты можешь объяснить мне свое поведение? — спросила Ольга.

— Нет, — ответил тот, опуская глаза. — Я ничего не могу объяснить даже самому себе.

— За что ты взъярился на Крылатова? Я его давным-давно не люблю и забыла об его существовании.