— Приветствую доблестных стражей и славных героев, Пробула и Осула — в свою очередь ответил Гобул и, остановившись перед стражниками, так же трижды ударил себя ладонью по животу.

— А это с тобой, я так понимаю, и есть тот самый барон из Великостальского королевства, о котором нас упреждал славный Ватул? — спросил один из стражей, кивнул на сидящего на закорках Маха.

— Да, это мой друг Мах, — кивнул Гобул. — Извините, уважаемые, но нам нужно спешить.

— Понимаем, — за обоих ответил тот же страж.

— Счастливый путь славному добытчику, — добавил второй.

Гобул быстро зашагал по склону в незнакомую Маху сторону.

— Почему теперь у входа в городище появилась стража? — спросил соскучившийся по разговору Мах, когда Пробул и Осул остались далеко позади.

— Потому что большинство троллей ушло на ристалище, и опустевшее городище нуждается в охране, — охотно разъяснил Гобул.

— Но кто ж позарится на ваше городище? Там же совершенно нечем поживиться.

— Ошибаешься, друг Мах, раз ты не был в сокровищнице племени Скаловалов, это не означает, что ее вообще нет. Просто эту секретную комнату городища не принято показывать гостям. Но, можешь поверить мне на слово, там есть чем поживиться ворам. Ведь в сокровищницу племени каждый добытчик обязан отчислять по четверти от заработанного золота — вот и мне придется четверть полученного от тебя золота отдать в сокровищницу. Но и кроме сокровищницы в городище найдется чем поживиться. В жилище шамана хранятся драгоценные магические талисманы нашего племени, каждый из которых на вес ценится гораздо дороже золота. И в обычных жилых комнатах троллей имеются потайные укромные места, где они хранят семейные сбережения. В общем, поживиться ворам есть чем, и надежная стража у входа в опустевшее городище необходима.

— А поче… м… м… му… — Мах вынужден был замолкнуть, так и не договорив вопрос. Потому что удалившись от входа примерно на полторы сотни саженей, тролль вдруг без предупреждения перешел на стремительный бег, и дальше беседовать стало невозможно.

Гобул без остановки бежал добрую треть часа. Во время бега тролля, его несчастного седока бесчисленное количество раз отчаянно подбрасывало вверх, и если бы не сильная рука, удерживающая Маха, бедолага рыцарь наверняка бы сорвался с плеч исполина и ухнулся бы вниз с полуторасаженной высоты.

Перейдя с бега на быстрый шаг, Гобул стал взбираться вверх по склону по крутой горной тропе.

Малость отдышавшись после бешеной скачки, Мах продолжил задавать вопросы:

— А почему на страже городища стоят такие сильно окаменевшие ветераны? Ведь в племени полно молодых троллей.

— Такой обычай, — отозвался тролль. — Пробул и Осул— будущие бойцы нашего племени, смена Борвула. И им нельзя теперь ходить на Ристалище зрителями, потому что все бойцы других племен отныне для них смертельные враги.

— А что происходит с погибающими на Ристалище бойцами?

— Они разлетаются на множество маленьких камешков.

— И что дальше?

— Тролли их племени собирают рассыпавшиеся по арене осколки и уносят в свое городище, а потом, справив по герою тризну, сбрасывают его остатки со скалы Смерти в пропасть. Так же хоронят и остальных умирающих членов племени. Избегают скалы Смерти лишь легендарные чемпионы Ристалища.

— А что такое арена?

— Это большой каменный круг в центре Ристалища, на котором происходят бои.

— А скала Смерти, она далеко отсюда?

— Примерно с полночи пути. Она находится на окраине Игл Смерти, высоченная черная скала. Ты наверняка ее видел, когда летел сюда на орле.

— Да, кажется припоминаю. У нее еще двойная вершина?

— Точно, она самая.

— И что же, все племена троллей сбрасывают с нее своих умерших?

— Нет, конечно, только близлежащие. В разных уголках Игл Смерти находятся свои скалы Смерти и, кстати, свои Ристалища. Всего на Иглах Смерти двадцать две скалы Смерти и шесть Ристалищ Вечной Славы.

За разговором Гобул по горной тропе незаметно вскарабкался на почти отвесный склон, и остановился у начала длиннющего подвесного моста, перекинутого между двумя горами над бездонной пропастью. По сути мост представлял собой ту же самую веревочную лестницу, по которой Мах несколькими часами ранее спускался с отвесной скалы, только на сей раз подвешенную не вертикально, а горизонтально. На нем не было никаких боковых поручней, за которые можно было бы ухватиться руками. По сравнению с этой подрагивающей на ветру конструкцией, узкая горная тропка, на которой сейчас стоял тролль, казалась самой надежной опорой в мире.

— Ты ведь не собираешься по этому идти? — прошептал Мах, осипшим от ужаса голосом.

Почувствовав, как напрягся и часто задышал барон, тролль поспешил его успокоить:

— Доверься мне, друг Мах, все будет хорошо. Я замечательно балансирую на подвесном мосту. От тебя потребуется на минутку затаить дыхание и не шевелиться. Если боишься, можешь закрыть глаза, я объявлю, когда мост окажется позади.

— Я не б-б-боюсь, — кое-как выдавил из себя рыцарь и крепко-накрепко зажмурился. С исчезновением бездонной пропасти перед глазами дыхание его стало потихоньку выравниваться.