– У нас более чем достаточно еды, муж мой, – заверила его Майда. – Урожай в этом году был хороший, а когда закончится мясо, норвежцы отправятся на охоту.

– Благодарю, – сказал Олаф. – Я счастлив, что мой брат доказал, что достоин свободы, поскольку он очень нужен нам дома. Наша мать заболела, и основная причина этого – беспокойство о пропавшем Вульфе.

Рейна отвела глаза. Она чувствовала себя виноватой из-за того, что отказалась вернуться и лечить Тору, но дом ее все-таки здесь, и здесь она намерена остаться.

Норвежцы сгрудились вокруг очага, чтобы согреться, а потом сели за стол, намереваясь поесть вволю, особенно горячей пищи, которой они не видели с тех самых пор, как покинули дом. Потом один из норвежцев, талантливый рассказчик, очаровал всех сагами о битвах пращуров. Уже полностью стемнело, когда гостям раздали волчьи шкуры, и Вульф с Олафом направились в кладовую.

– Как так вышло, что тебе выделили отдельную хижину? – спросил Олаф, когда они вошли в маленькое помещение.

Вульф тут же подошел к догорающему очагу и подбросил дров.

– Это кладовая Рейны. Как видишь, повсюду висят травы – сохнут. Я попросил разрешения использовать ее как свою личную спальню. А позже мне даровали свободу за то, что я помог отбить нападение на хутор Гаральда. Сражаясь, я узнал, что главарь нападавших – тот самый датчанин, который организовал набег и на наш хутор, именно он лишил жизни Астрид и нашу тетушку.

– Надеюсь, ты убил этого ублюдка?

– Конечно. – Вульф помолчал, а потом добавил: – И в этой битве Рейна спасла мне жизнь.

– Похоже, на землях датчан тебе скучать не приходилось. Полагаю, у тебя не возникнет сомнений, возвращаться ли с нами домой.

Перед мысленным взором Вульфа появилось лицо Рейны.

Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.

– Никаких сомнений, брат. Расскажи мне о маме. Она и правда так больна, как ты говорил?

– Да, но я уверен: как только она тебя увидит, ее состояние улучшится. Она начала чахнуть вскоре после того, как вы с Рейной исчезли. Стала кашлять, и самочувствие ее все время ухудшается. Нужно убедить Рейну поехать с нами.

Вульф тяжело опустился на скамью.

– Олаф, Рейна не так давно вернулась к своей семье. У нее есть жених, которому не терпится соединиться с ней. Если ты хочешь убедить ее поехать с нами – что ж, желаю удачи.

Олаф расправил плечи.

– Тогда мы должны похитить ее. Рейну обязательно нужно привезти на наш хутор, если мы хотим спасти жизнь маме.

Вульф покачал головой.

– Брат, этого я не могу тебе позволить. Гаральд был добр ко мне. Я не стану платить ему за доверие неблагодарностью. Если Рейна поедет с нами, то только добровольно.

– Она никогда не согласится. – Олаф опустил голову на руки. – Я устал. Путешествие через море далось нам нелегко.

– Шкуры вон там, в сундуке. Бери, сколько хочешь, и ложись у огня. Завтра сходим в баню, если сможем добраться до нее через снежные завалы.

На следующее утро им все же пришлось разгребать снежные завалы, чтобы попасть в баню. И снег все еще падал.

– Похоже, какое-то время нам придется постоять на приколе, – заметил Вульф. – По крайней мере, ты будешь сытно есть и сладко спать, пока погода не улучшится.

– Я и так благодарен богам за то, что продержалась сносная погода, пока мы добирались сюда, – заявил Олаф. – Тор был милостив к нам.

– Боги обычно благосклонны к детям и дуракам, – пробормотал Вульф.

Два брата провели в бане целый час, один раз они, обнаженные, выскочили во двор и бросились в сугроб, чтобы освежиться, затем сломя голову забежали обратно. Почувствовав прилив сил, они оделись и направились к дому, намереваясь позавтракать.

Дом был забит людьми. Вульф удивился, как семейству удается управляться с таким наплывом гостей. Он повертел головой в поисках Рейны и, наконец, увидел ее у очага: она разговаривала с матерью. Должно быть, она почувствовала его взгляд, потому что повернула голову в его направлении. Их взгляды встретились на какое-то время, но затем Рейна отвернулась.

– Рейна на тебя злится? – спросил Олаф.

Вульф пожал плечами.

– Трудно понять, что она думает обо мне.

– Она идет к нам, – прошептал Олаф. – Я пока удалюсь, а ты постарайся помириться с ней. Не забудь, брат, нам нужны ее умения. Ты уж постарайся убедить ее поехать с нами.

И Олаф отошел к группе норвежцев, а Рейна присоединилась к Вульфу.

– Вы с братом говорили обо мне? – спросила она.

– Олаф восхищался щедростью твоего отца. С его стороны было очень любезно оказать такое гостеприимство моим соотечественникам. Не все датчане так приняли бы норвежцев в своем доме.