Она не смотрела на него, ее глаза внимательно изучали стены. Он тщательно продумал конструкцию этой комнаты, стараясь, чтобы она выглядела в точности так же, как спальня на поверхности. Люциан слегка дотронулся до ее сознания, желая поправить то, что могло пойти не так. И ему с трудом удалось сдержаться и не улыбнуться. Ее реакция не имела ничего общего ни с комнатой, ни с ее обращением. Все, что ее волновало – это его обнаженное тело и все те вещи, что они проделали вдвоем.

Люциан скользнул в постель и прикрыл нижнюю часть своего тела простынею.

– Ты собираешься весь день расхаживать по спальне?

– Может быть, – ответила она, дотрагиваясь до стен, пробегая по ним пальцами, чтобы почувствовать их структуру, – как глубоко под землей мы находимся?

Люциан пожал своими сильными плечами, случайное движение мускулов, его глаза внезапно стали настороженными.

– У тебя проблемы с нахождением под землей?

Присутствуя тенью в ее сознании, он знал, что она не испытывает ни малейшего страха, находясь под землей. Ей не хотелось ложиться в постель, она боялась засыпать и просыпаться, боялась столкнуться с правдой.

Она посмотрела на него, чувствуя себя более уверенной, когда его нагота была прикрыта. В ее поведении не было никакого смысла. Почему она так отчаянно желала находиться рядом с Люцианом? Это было так не похоже на нее. Он был честен с ней с самого начала по поводу того кем и чем является, и она просто соглашалась со всем тем, что он говорил, со всем тем, что он делал.

– Ты моя Спутница жизни, Джексон. Ты была рождена, как вторая половинка моей души. Твое тело и сознание узнали меня. Твое сердце и душа взывают ко мне. Так принято у нашего народа.

– Я не карпатка, – решительно заявила она, в защитном жесте прижав руку к горлу: – Почему это произошло?

– Для меня это такая же загадка, как и для тебя. Все, что мне известно, так это то, что лишь некоторые человеческие женщины с особыми психическими способностями являются истинными Спутницами жизни для наших мужчин, – он смягчил свой голос, вызывая успокоение, безмятежность, – очевидно, так оно и есть.

Он еще раз полностью слился своим сознанием с ее, замедляя ее сердце и легкие, позволяя ей найти силы, чтобы подойти и лечь на кровать рядом с ним.

Люциан защищающее обхватил ее руками, привлекая ее небольшое тело под прикрытие своего. Она незамедлительно расслабилась, его прикосновение успокаивало волну ужаса, охватившую ее. Она чувствовала себя измочаленной как морально, так и физически. У нее было так много вопросов, но она не желала получать на них ответы, боясь своей собственной реакции на то, что он может рассказать ей.

– Я просто хочу поспать, Люциан, – проговорил она, пристраивая голову у него на плече, – мы можем просто поспать?

Он почувствовал, как она затаила дыхание. Она не хотела спать, она хотела сбежать. Мужчина обрушил град поцелуев на макушку ее головы, его пальцы запутались в ее волосах.

– Спи, ангел. Ты будешь в безопасности со мной.

Он взял все под свой контроль, незамедлительно погружая девушку в глубокий сон, не давая ей шанса воспротивиться его команде.

Этой ночью они не будут спать в этой спальне и в этой кровати. Ее тело нуждалось в восстановлении, оно нуждалось в исцелении, которое истинным карпатцам могла дать только земля. Люциан не собирался заставлять ее сталкиваться с данной реалией их существования. Он был ее Спутником жизни, поэтому он, и никто другой, должен позаботиться об ее здоровье, об ее счастье. Но он также хотел избавить ее от подробностей, в которых не видел надобности на столь ранней стадии.

Он взял на руки ее изящное тело и сосредоточился на стене, находившейся слева от него. Стена отодвинулась, открывая узкий проход, ведущий глубоко вниз, прямо к центру земли. Он прошел по нему, пока не приблизился к кровати из темной богатой земли, окруженной камнями. Взмахнув рукой, он открыл ее. Потом опустился в нее, прижимая к себе хрупкое тело Джексон. Защита установлена, волки бегают на свободе, он закрыл все двери так, что его логово останется в тайне от любых вторжений. Вдобавок он установил защитные меры на каждую дверь, вдоль самого коридора, и на каменную кровать над ними. Только после этого он погрузил Джексон в глубочайший сон своего народа, остановил ее сердце и легкие, чтобы в земле она лежала неподвижно, подобно мертвой. Взмахом руки он закрыл почву над ними и погрузил свое тело в глубокий карпатский сон. Его сердце вздрогнуло и прекратило биться. Земля продолжала сдвигаться над ними, пока не легла на место, не потревоженная, словно находилась здесь на протяжении веков.

Глава 9

Солнце медленно двигалось по небу. В доме, возвышающемся на холме, стояла тишина, а его прекрасные витражные окна отражали лучи света назад к солнцу. В самом жилище царило спокойствие, безмолвие, даже воздух замер. Создавалось ощущение, что дом был живым существом и замер в ожидании чего-то. Когда солнце начало садиться, глубоко под землей забилось одно сердце. Люциан, едва земля над ним раскрылась, начал проверять территорию вокруг своего поместья. Все было спокойно. Он переместился из-под земли назад в свою удобную спальню. Кладя Джексон на постель, он одновременно взмахом руки зажег свечи. Пляшущее пламя отбрасывало успокаивающие тени, а аромат трав наполнял комнату.