– Что-то не так, мой дорогой Зендарин? – спросила темная леди с легкой насмешкой.

– Вас, возможно, заинтересует это, – он указал посохом на место недалеко от нее, где она была занята изучением еще одного яйца.

Перегруженные скардины с облегчением сбросили на пол останки двух драконоров, которые они по приказу эльфа крови притащили с того места, где их обнаружили. Проделав это, покрытые чешуей существа быстро ретировались с глаз долой.

– Я уже видела мертвых драконоров. Как ты, должно быть, помнишь, мы до сих пор не избавились от паразитов-дворфов, с которыми ты уже должен был окончательно покончить.

Он пропустил ее замечание мимо ушей и ткнул сияющим концом посоха в один из трупов.

– Этот был убит дворфом… с помощью еще нескольких дворфов, о чем свидетельствуют множественные рубцы и раны поменьше, – затем Зендарин Ветрокрылый указал на другое тело. – Это сделал кто-то, обладающий оружием силы… и этот кто-то значительно превосходит паразитов Бронзобородых по росту.

Она обернулась к нему своей обожженной стороной.

– И по какой причине это должно быть важно для меня?

– Вы сказали, что он рядом, – тот, кого вы так хотели заманить сюда! Разве это не значит, что он поблизости?

Облаченная в черное дама рассмеялась – жутковатое зрелище.

– Ты думаешь, что это все, на что он способен? Зендарин, дорогой мой, когда он заявится сюда, то сделает это в гораздо более изысканной и в то же время могущественной манере, а не вот так…

– Тогда что… – он замолк, когда она прошла мимо него, чтобы осмотреть труп. Она провела длинной, изящной рукой вдоль всего тела, задержавшись над глоткой, и улыбнулась, откровенно восхищаясь виртуозной работой.

– Рука опытного воина, – отметила леди в черном. Ее ладонь неожиданно засветилась красным, и вновь она провела ею над горлом. – Так точно определить самое уязвимое место…

– Что вы делаете?

– Нахожу осколки истины, – ответила она, вставая. Когда сияние угасло, компаньон Зендарина протянула руку к нему. – И истина эта ближе к дому, чем ты мог подумать…

Зендарин не любил загадок, за исключением тех случаев, когда он сам загадывал их.

– Если знаешь что-то – выкладывай!

Она кинула на него взгляд, который мгновенно заставил эльфа крови замолчать.

– Помни, с кем разговариваешь, и внимательно следи за своим тоном! Я допускаю своеволие в субординации с твоей стороны, но даже мое терпение не безгранично…

Зендарин благоразумно промолчал и склонил голову в знак уважения.

– Так-то лучше, – она взмахнула рукой в сторону трупов. Из ее ладони вырвался шар пламени и, подлетев к телам, разделился надвое. Два шара поменьше коснулись тел. Трупы превратились в крошечные пожарища, сгорев дотла за несколько секунд.

Леди в черном глубоко вдохнула, ноздри ее затрепетали, лицо выражало черное удовольствие.

– Какой тонкий аромат, ты не находишь?

– У вас есть ответы для меня? – напомнил ей эльф крови.

Одной рукой она развеяла прах, который вылетел из комнаты, медленно спускаясь в неиспользуемые нижние глубины Грим Батола. Напоминанием о нем остался лишь маленький предмет… наконечник стрелы.

– Подними его, – когда он подчинился, она спросила, – выглядит знакомым?

Эльф крови усмехнулся.

– Он принадлежал высшему эльфу!

– Да, но это не все. Я узнала его. Должно быть, и ты сможешь.

– И я… – он перевернул наконечник, изучая работу. Материал не был похож на камень – скорее, белый жемчуг. Он должен был пронзать цель гораздо более эффективно, чем любая из стрел смертных. – Талассийская работа. Это метка часто использовалась главами следопытов Луносвета! Эльф крови не сражался бы против стражей, значит… здесь побывал выживший следопыт…

– Я нахожу различия между прогрессирующими ступенями развития эльфов малозначительными, – укрытая вуалью дама смотрела ему прямо в глаза. – И я уверена, что ты знаешь, кто ответственен за произошедшее. Это действительно интересно.

– Это не значит ничего… прохрипел он, отшвырнув наконечник прочь, словно тот загорелся у него в руках. – И останется ничем… Я прослежу за этим…

– Уж постарайся. Ничего – абсолютно ничего – не должно помешать нам, – она не сводила взгляда с эльфа крови, продолжая смотреть прямо ему в глаза. – Ты не настолько важен для меня, как достижение моей цели.

С этими словами она отвернулась от него и возвратилась к изучению яйца. Зендарин был взбешен тем, что разговор с ним прекратили так, как будто он был не значимей, чем обычный скардин, но всю свою злость он удержал под маской безразличия. Кроме того, был еще кое-кто, на ком он мог излить свою ярость. Как всегда импульсивная – что доказывалось ее союзом с волшебником и появлением потенциально могущественных полукровок – она сама пришла к нему вместо того, чтобы ждать, пока он найдет время вернуться к ее выродкам.