Шрифт:
„В тысячи раз могущественнее… И они сокрушат остальных драконов… сокрушат их всех… день дракона близок к концу… пришло время сумерек… ночи…“
– Ночи…
„Но за ночью следует новый день… первый день правления детей… первый день новой золотой эры драконов… "
– Новой… золотой эры…
Зловестина вздрогнула. Ее глаза резко распахнулись, и выражение сильнейшей ярости отразилось на ее лице.
– Кориалстраз! – проревела черная драконесса. Она вскочила на ноги. – Но как он смог… как он…
И тогда выражение лица леди Зловестины странно изменилось. Вместо шока, злости и гнева изувеченные черты его отображали… удовлетворение.
– Да… Ну конечно… Как замечательно… И как удивительно вовремя! Спасибо тебе. Кориалстраз… Спасибо тебе…
С улыбкой она поторопилась из комнаты, намереваясь найти Зендарина…
В этот же момент вздрогнул и другой дракон, дракон, который считал себя мертвым. Однако это был не Кориалстраз, а синий дракон. Кейлек.
Его первым открытием стало то, что он, несмотря ни на что, не погиб. Однако это не объясняло царившую вокруг него тьму, тьму, что ощущалась… в некотором грубом виде… почти живой.
И тогда Кейлек вспомнил, что случилось с ним до того, как он потерял сознание. Он вспомнил яму, куда они сбросили огромные тела, и открытие, что яма была не пуста.
Не пуста…
Кейлек призвал свой меч. Светло-голубое оружие появилось лишь как бледная тень того, чем оно должно было быть. В следующий момент оно просто исчезло.
– Нельзя… нельзя так делать…
Каждый слог буквально задевал струны страха в Кейлеке, хотя он был не из тех, кто легко поддается этой эмоции. Синий дракон снова попытался призвать меч, но на этот раз не возникло даже слабого намека на его присутствие.
– Нельзя так делать… – повторил голос. – Или она узнает…
Она. Не было сомнений, кого имеет в виду голос. Это могла быть только Зловестина.
– Кто… кто ты? – наконец спросил Кейлек.
– Я ее дитя…
– Где ты? Покажись!
– Я здесь, перед тобой…
Перед Кейлеком возникло темно-аметистовое сияние, и в нем Кейлек увидел очертания огромной фигуры. Это был дракон, но казалось, что он переливается, как будто его тело не было абсолютно плотным. Это было похоже на дракона пустоты, хоть он и немного о них знал, но было и еще что-то.
Мерцающие глаза в ответ осмотрели синего дракона. Кейлек неожиданно почувствовал, что эти глаза смотрели на него все время, пока он был без сознания, и эта мысль заставила его похолодеть.
– Кто ты такой? – спросил он.
– Ее дитя…
Кейлек скривился. Он не был уверен, было ли неясно выглядящее создание таким же наивным, каким казалось, или оно просто играло с синим драконом.
Он решил попробовать по-другому.
– У тебя есть имя?
Пауза, затем ответ:
– У меня есть имя… Она зовет меня Даргонакс…
– Даргонакс? – осторожность Кейлека тут же возросла в тысячи раз. Он знал значение этого слова, потому что оно было взято из языка его рода. Даргонакс… Пожиратель…
– Тебе нравится? – спросила темная форма. – Мне нравится.
– Это… сильное имя.
– Оно значит „Пожиратель“ на языке драконов, так она сказала, – добавил Даргонакс, мгновенно разрушив любые надежды синего на то, что существо не знает этого омерзительного значения. – Ты дракон…
Кейлек тайком пытался призвать магический меч, все что угодно, что он мог бы использовать против этого существа. Теперь синий дракон понимал, что с ним просто играют.
– И я тоже дракон… – Даргонакс придвинулся ближе, и темнота отодвинулась достаточно для того, чтобы позволить Кейлеку увидеть, что очертания этого существа действительно были драконьими, но Даргонакс не был драконом пустоты. Он был чем-то гораздо, гораздо большим.
Но загадочный дракон не показался Кейлеку полностью. Вместо этого он отступил, вновь сливаясь с тенью. Кейлек не понимал, была ли это его способность, заклинание или некий фокус ямы, потому как были здесь неупорядоченные энергии, играющие вокруг них, и вовсе не все из них были напрямую связаны с Даргонаксом… хотя, несомненно, их присутствие воздействовало на него.
Кейлек хотел бы знать, понимала ли сама Зловестина, что она вырастила в этой яме.
Он приготовился к тому, что, несомненно, станет его неотвратимой смертью.