– Да, мы оба драконы.

– Тогда мы должны дружить…

Это заявление захватило синего дракона врасплох. Он не мог понять причины, почему Даргонаксу вдруг может понадобиться его поддержка. Несомненно, для него гораздо более полезно было бы сожрать Кейлека полностью, – несложная задача, если учитывать, что синий дракон не только не мог использовать свою врожденную магию, но и не мог даже сменить форму. Он уже скрытно попытался сделать это, и не раз, и единственное объяснение его неудаче – проделки его ирреального собеседника.

Тогда Кейлеку стало ясно, что Даргонакс был всего нескольких дней – в лучшем случае недель – от роду.

Как же страшен он будет, когда вырастет полностью? И разве ему надо вырастать? Этот зверь и так выглядел слишком большим.

Крас предупреждал Кейлека, чтобы тот и не думал о сотрудничестве с эльфом крови, и он бы непременно возражал против и этого союза, но синий дракон сомневался, был ли у него реальный выбор. Даргонакс стащил его сюда вначале, и единственная причина, по которой он не сожрал Кейлека, как он сделал с драконором, – а поблизости не было и следа трупа – было то, что он на самом деле был нужен этому чудовищу.

Но для чего именно, оставалось открытым вопросом.

– Да, – наконец откликнулся синий. – Мы должны быть друзьями.

– Хорошо… хорошо… и друзья, они ведь помогают друзьям? Так?

Для существа, никогда не вылезавшего из ямы, Даргонакс был отлично осведомлен о многих тонкостях жизни. Зловестина сотворила что-то ужасное.

– Друзья помогают друзьям, – согласился он. – Один помогает другому.

– Значит, они… – начал Даргонакс, но внезапно замолчал. Затем, к огромному шоку Кейлека, в его голове раздался голос: „Она идет! Сиди тихо и не шевелись!“

Еще не оправившись от удивления от способности Даргонакса говорить с ним через его сознание, Кейлек, тем не менее, сумел повиноваться. Не было нужды спрашивать, кого имело в виду создание. С тех пор как Анвина пожертвовала собой, Кейлек стал очень опрометчивым, если дело касалось его собственной жизни, но он отлично помнил о своем долге. Он не сможет достойно послужить Малигосу, если позволит Зловестине узнать, что он жив. Синий дракон вжался в стену и попытался призвать щит, который он создавал ранее.

Но ничего не произошло.

Тогда он почувствовал, как будто его накрыло крылом. Кейлек погрузился в темноту… темноту, в которой проблескивал аметистовый свет.

И лишь мгновение спустя он услышал Зловестину… и еще одного.

– Его нет, – прошипела она своему компаньону.

– Вашего старого друга? – голос второго был голосом эльфа крови. – Из крисалиновой клетки? Как это вообще возможно?.. Хотя… Может быть, его дружок выжил. Может, он и помог ему сбежать.

Кейлек скривился, разрываясь между надеждой и беспокойством. Он понял, что они говорят о Красе, и это значило, что красный дракон каким-то образом вырвался не откуда-нибудь, а из крисалиновой клетки. Это было к лучшему, но теперь Зендарин своим ошибочным предположением заронил в Зловестине сомнения, погиб ли синий дракон.

– Даргонакс полакомился тем, – ответила Зловестина, но в голосе ее звучала вопросительная интонация. – И кроме того… Клетка была разрушена изнутри.

– Никогда не слышал о таком мастерстве! Как он ухитрился это сделать?

– Он – тот, кто он есть; вот как он может творить невозможное! Не сомневайся в этом, мой дорогой Зендарин; с ним приходится считаться.

– И все же вы привели его сюда.

– Он пришел бы и без приглашения, – возразила она. – Он приходит всегда. Он всегда вмешивается. Такова его природа. Самый лучший способ разделаться с ним – заставить его играть по моим правилам, под моим контролем, – она помолчала и продолжила. – Теперь он ослаб еще больше и, насколько я его знаю, теперь он попытается пробраться еще ниже. Он знает, что ему следует идти именно туда. Я хочу, чтобы ты послал по его следам своего любимчика…

– И я сделал бы это, моя леди, но проклятая тварь не откликается на мои призывы! Когда я в последний раз засек его, он был рядом с драконом пустоты, и с тех пор… ничего.

Зловестина зло зашипела.

– Как хитро! Должно быть, Кориалстраз вертится где-то рядом и собирается освободить дракона пустоты! Иди! Отыщи своего убийцу магов…

Кейлек не слышал, что эльф крови ушел, но предположил, что тот достаточно умен, чтобы не спорить с ней. Синий дракон начал было говорить, но почувствовал, что его необычный сосед не желает, чтобы он это делал.

– Мое дорогое дитя… – то, как она ворковала, заставило кровь синего дракона похолодеть. Ее гнев теперь был полностью вытеснен злорадной уверенностью. Это выглядело так, будто она превратилась в совершенно другое существо. – Иди ко мне, мой дорогой…

Даргонакс приподнялся, все время держа свое неотчетливое тело между Кейлеком и темной леди.

– Госсспожжжа…

Изменение в речи Даргонакса поразило Кейлека почти так же, как и неожиданное странное изменение в отношении Зловестины. Существо казалось теперь гораздо более молодым, менее развитым.