– Я заеду на оставшиеся три месяца и, возможно, еще на полгода, если коттедж будет свободен. Я… продаю квартиру в Лондоне. И собираюсь перебраться в Шропшир. Буду искать работу здесь.

– Ясно. Я думал… – Джон неожиданно замолчал. – А Тревис знает? – спросил он немного погодя.

Очевидно, новости разносятся по Шропширу со скоростью света. Совершенно ясно, что Джон в курсе того, что между Бет и Тревисом произошла размолвка.

– Скоро узнает.

– Вот и правильно, – Джон помедлил. – Тревис хороший человек, Бет. Мне больно видеть его таким потерянным.

– Мне тоже, Джон.

Следующий звонок раздался в студии, где работала Бет. Она объявила о своем уходе и пообещала прислать заявление по факсу. Начальник отнесся к ее решению с пониманием, пообещав в ответ, что вышлет ей хорошие рекомендации.

Бет не была в этом так уж уверена, но все равно от души поблагодарила начальника.

Денег от продажи квартиры хватит, чтобы какое-то время жить без проблем, не заботясь о поиске нового места, но все же Бет готова была работать где угодно. В магазине или помогать в кафе, пока не подвернется подходящая должность. Ей казалось, что она справится с любым занятием, столько она чувствовала в себе энергии.

В тот же день Бет поручила продажу квартиры агенту, который почти сразу же нашел покупателей. Затем Бет позвонила сестре, чтобы сообщить ей последние новости. Кэтрин долго молчала, а когда обрела дар речи, предложила разместить всю мебель и другие предметы, которые Бет хотела оставить себе, в свободной комнате у них в доме или в гараже.

Проделав все необходимое, Бет расположилась у окна, рассматривая крыши домов и небо, которое из голубого превратилось в темно-синее с розовыми вкраплениями.

Джон пообещал положить ключ под половик сегодня же, а в коридоре Бет уже ждали собранные чемоданы.

Она в последний раз прошлась по квартире. Харви чувствовал, что что-то происходит, и нетерпеливо скулил у двери.

– Осталось еще кое-что, – сказала ему Бет. – Самое главное. Скрести лапы за меня, Харви.

Она с замиранием сердца набрала номер Тревиса. Каждый гудок казался ей маленькой вечностью. И тут раздался его глубокий бархатистый голос. К сожалению, это был автоответчик. Бет расплакалась, как маленький ребенок, но вскоре успокоилась и попыталась снова. На этот раз она дождалась сигнала и оставила сообщение: «Это Бет, Тревис. Мне нужно с тобой поговорить. Прости меня, мне очень жаль, я была такой дурой. Ты прав, люди переживают события и похуже, чем пережила я… Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня? Я пойму если нет. – Бет сделала глубокий вдох. – Нет, вру… я не пойму, потому что ты сказал, что любишь меня, а это значит, что, какой бы глупой я ни была, ты все равно любишь меня, да? Я… – она шмыгнула носом, едва сдерживая рыдания, – я возвращаюсь в коттедж. И останусь там. Я не хочу никуда уезжать, и…

Сигнал оповестил, что время вышло. Некоторое время Бет молча смотрела на телефонный экран. Сказала ли я, что люблю его? – спрашивала себя Бет. Не помню. Сказала? Наверное, да. А может быть, когда раздался сигнал, я только собиралась произнести эти слова? Или нет?…

Бет залилась слезами. Как я могу надеяться, что мне удастся все исправить, задавала она себе вопрос, если я даже позвонить нормально не могу? Позвоню ему еще раз завтра. И буду звонить до тех пор, пока не поговорю с ним, решила, наконец, Бет.

Десять минут спустя Бет и Харви сидели в машине, которая увозила их из Лондона. Сгущались сумерки, а когда они подъехали к коттеджу, была уже ночь. Бет не терпелось снова войти в этот маленький уютный домик. Как будто она всегда жила в живописных, дышащих умиротворением окрестностях Шропшира. Шум машин, пыль и жара в городе казались непереносимыми. Даже то, что ей всегда нравилось – городская суета, магазины, развлечения, – больше не доставляли прежнего удовольствия. Ничто не радовало ее. Потому что Тревиса не было рядом.

Бет открыла ворота и припарковала машину. У нее возникло такое чувство, будто она вернулась домой после долгого путешествия. Смахнув навернувшиеся на глаза слезы, она выпустила Харви из машины, достала ключ из-под половика и, открыв дверь, затащила чемоданы в дом. Харви носился по лужайке, проверяя, все ли в порядке. Бет как раз убирала в холодильник последние продукты, когда услышала заливистый лай.

Тревис? Бет бросилась к двери, но, открыв ее, обнаружила, что Харви нюхает что-то в углу, лает, отпрыгивает, а потом повторяет попытку. Он, конечно, не отозвался, когда хозяйка позвала его в дом.

Скорее всего, там спрятался барсук. Харви иногда охотился на них, что обычно заканчивалось не в его пользу. Барсук издевался над Харви, а, натешившись вволю, убегал восвояси, оставляя Харви с поцарапанным носом. Бет не очень радовала перспектива идти завтра с псом к местному ветеринару, и она снова позвала его домой.

От крика не было толку. Найдя свои туфли, Бет бросилась за Харви через всю лужайку, но на полпути неожиданно остановилась. Она замерла и беспомощно посмотрела в сторону дома. Дверь захлопнулась. Ключ внутри. Машина закрыта. Бет снова наступила на те же грабли. Она проверила дверь, но это было бесполезно. Та, конечно, не поддалась.