— Я знаю, о чем вы говорите, Лори, — сказал он.

Глаза ее увлажнились при звуке имени, которое он, должно быть, перенял у Джемми. Ей слышалось, будто это ее отец произносит его.

Амброз протянул руку к книжной полке и снял какой-то том.

— Все равно, Лори, начало узора мы не можем изменить. Нам не дано переделать начальное распределение красок и переплетение нитей. Нам изначально дано нечто, и с этим мы должны идти дальше. Но как мы пойдем — зависит от нас.

Он перелистал страницы. Она увидела, что это Мэтью Арнольд.

— Послушай, Лори — сказал он.

Лора сидела тихо и неподвижно, и слова, казалось, долго еще звучали в комнате, после того как Амброз закрыл книгу. Голос его не был создан для чтения вслух, как у Уэйда. Но в нем чувствовались мудрость и искренняя доброта этого человека.

В камине с легким треском упало на решетку прогоревшее полено, и Лора, вздрогнув, вернулась к действительности и вспомнила, что все еще сжимает в ладони золотую сережку. Она раскрыла пальцы и показала ее Джону Амброзу.

— Я нашла это сегодня в лесу. Я думаю, она принадлежит Ребекке.

Он кивнул.

— Она обрадуется, что сережка нашлась. Ее мать подарила ей их, как она говорит. Она очень расстроилась, потеряв одну.

— Я нашла ее в развалинах дома Хьюмов, — сказала ему Лора.

Амброз попыхивал трубкой, но не смотрел на нее.

— Мне интересно, что собой представляет Ребекка, — проговорила Лора. — Думаю, что Морган вовсе не считает ее личностью.

— Вы сами хотите вернуть серьгу, да? — спросил Амброз. — Пойду поищу девушку и пришлю ее сюда. Не пройдет и минуты.

Она подождала, пока он выйдет из комнаты, потом встала и посмотрела в окно. Но вид закрывали леса, и перед глазами была только группка коричневых тополей и дубов через дорогу.

Шаги Ребекки были такими легкими, что Лора бы их не услышала, если бы не скрип закрываемой двери. Девушка стояла, прижавшись спиной к двери, в своем обычном веселом одеянии, настороженно глядя на Лору. В ушах висели черепаховые серьги.

— Мистер Амброз говорит, вы хотите видеть меня, мэм, — пробормотала Ребекка.

Лора попыталась ободряюще улыбнуться.

— Доброе утро, Ребекка. Входи и садись.

Входя в комнату, Ребекка быстро и подозрительно взглянула на Лору своими темными блестящими глазами. Она неохотно присела на самый краешек стула и стала ждать, что будет дальше.

— Я нашла твою золотую сережку сегодня утром, — сказала Лора. Она наклонилась к девушке, протягивая ей сережку. — Она была под кустом в старом доме Хьюмов.

— О! — вздохнула Ребекка. — Мы всюду ее искали. — Она взяла сережку, и на лице ее быстро промелькнуло выражение облегчения и радости. Потом оно снова потемнело и замкнулось.

— Я думаю, мне лучше вернуться. Я вот-вот понадоблюсь миссис Ченнинг. Спасибо за то, что вы нашли ее, мэм.

Лора нерешительно смотрела на нее. Она хотела предложить свою помощь, если Ребекка нуждалась в ней. Однако пробиться через ее подозрительность и недоверие было невозможно. Но она кое о чем проговорилась, употребив слово «мы».

— Я рада, что ты нашла друга, — мягко сказала Лора. Ребекка сжала в ладонях сережку.

— Миссис Ченнинг не хочет, чтобы… Чтобы у меня были друзья. Вы не знаете, какой становится миссис Ченнинг, когда впадает в гнев.

— Миссис Ченнинг не может лишить тебя общения с друзьями, — возразила Лора.

— Может, если захочет.

— Но ты не рабыня. Ты можешь поступать по своей воле. Не мне вмешиваться, но если бы тебе захотелось оставить службу у нее завтра, ты могла бы найти работу в другом месте.

Ребекка покачала головой:

— Я не могу уйти. Она бы мне отомстила. Кроме того, она платит мне гораздо больше, чем я могла бы заработать в Других местах.

— Зачем тебе деньги, если у тебя нет собственной жизни?

— Я не могу… — Ребекка осеклась, но на этот раз глаза ее смотрели на Лору не как глаза служанки, а как глаза женщины, которая хочет убедиться, что может довериться другой женщине.

— Мне хотелось бы помочь тебе, Ребекка, — сказала ей Лора. — Если я что-нибудь могу сделать…