Парни направились к будке. Капитан их видел впервые, но особенно не встревожился. А чего? Район спокойный. Всем известно, кто живет в доме. Не так себе. Вот и остерегаются лезть. Раньше, правда, случалось. Пёрла алкашня разная, но эти-то двое на алкашей не похожа. Может, пришли к кому из знакомых?

Парни остановились у самой будочки. Один предъявил фээсбэшное удостоверение, сказал, улыбаясь:

— Привет, капитан. Трофимов Виктор Константинович в каком подъезде обитает?

— Да во втором, — признав коллег, расплылся капитан. — А что такое?

— Да ничего особенного в. общем-то. Парочку вопросов задать ему надо. Он с семьей сейчас?

— Насчёт семьи не скажу, не знаю. — Капитан задумался, сдвинул фуражку на затылок. — Сын-то дома. А вот жену его я не видел. Давно уж. Домработница приходит, а жена… — Он покачал головой. — Нет.

— Домработница-то дома сейчас? Мы в смысле, чтобы скандала не возникло. Мол, к сыну члена правительства ФСБ пожаловала. Понимаешь?

— А то. — Капитан кивнул. — Понятно, Разговоры могут пойти. Нет, нету её сейчас. Ушла часа два как. Константин Георгиевич: приехал, она и ушла.

— Ага. А Константин Георгиевич, он наверху? Нам бы, кстати, с ним тоже повидаться.

— Нет. Разминулись вы с ним, ребятки. Минут десять назад уехал. Вам бы на четверть часика пораньше приехать.

— Спасибо, капитан.

Говоривший шагнул в сторону, и милиционер увидел второго парня. Тот сжимал в руке короткий пистолет с неимоверно толстым стволом. Выстрел прозвучал практически бесшумно. Только клацнул механизм, выбрасывая стреляную гильзу. Капитан охнул, схватился обеими руками за грудь, со всхлипом втянул воздух широко открытым ртом и осел на пол. Второй фээсбэш-ник нагнулся, поднял гильзу, кивнул, пряча оружие в кобуру:

— Пошли?

— Сейчас.

Первый протиснулся в будку, выдвинул из-под узенького столика табуретку и усадил капитана, привалив спиной к стене. Нахлобучил фуражку. Отступил, любуясь работой, сказал;

— Вот теперь пошли.

Они быстро вошли в подъезд, поднялись на четвертый этаж, позвонили в дверь нужной квартиры. За дверью послышались шаги. Испуганный голос спросил:

— Кто?

— Виктор Константинович, откройте, пожалуйста. Мы из Федеральной службы безопасности, — произнёс спокойно первый, доставая из кармана куртки электрошоковое устройство. — Нам нужно задать вам несколько вопросов.

Зазвенела цепочка, щелкнул замок, дверь приоткрылась. Парень посмотрел на визитеров, сказал:

— А-а-а… Будьте добры, предъявите удостоверения.

— Конечно. — Оба продемонстрировали удостоверения.

Юноша кивнул, снял цепочку. В следующую секунду первый фээсбэпшик шагнул вперед и ткнул хозяина шокером в плечо. Затрещала электрическая дуга. Юноша рухнул, словно из него разом вытащили все кости.

Второй достал из кармана газовый баллончик и направился в глубину квартиры, отыскивая мальчишку.

Макс — Максим Топин — оказался довольно высоким неулыбчивым парнем, больше похожим на «быка», чем на руоповца. Круглое лицо его было сплошь усыпано веснушками. Тёмно-рыжие волосы подстрижены коротким ёжиком. Мощная шея и квадратная фигура придавали ему сходство с ротвейлером.

Выслушав приветствия Андрея, он кивнул:

— Степан звонил насчёт тебя. Проблемы?

— Есть маленько, — согласился Андрей.

— Пошли в кабинет, — пригласил Макс.

«Кабинет» оказался крохотной комнатушкой, примерно два на три метра. Стол, пара стульев, на спинке одного из которых висел бронежилет. Андрей никогда не считал, что избалован «метрами», но по сравнению с кабинетом Макса его собственный просто поражал буржуйской роскошью.

— Присаживайся. — Макс кивком, указал на стул. — Выкладывай, что стряслось.

— Нужна кое-какая помощь и информация.

— Это понятно. — Макс промокнул краешек: глаза мизинцем. — Иначе бы ты не пришел. Давай-ка поконкретнее. Что за помощь, что за информация?

Андрей начал рассказывать. Макс слушал, подперев подбородок ладонью и отстранённо глядя в окно. Периодически создавалось ощущение, что он погружен в собственные мысли, не имеющие отношения к делу. Когда Андрей закончил говорить, руоповец вздохнул, сказал скучно:

— Короче, все ясно. И когда это нужно сделать?

— Сегодня, — ответил Андрей.

Его задел равнодушный тон Макса, но он постарался не подавать вида. Наверняка у этого парня и своих забот выше крыши, а тут ещё какой-то отделенческий опер работу подкидывает. И ладно бы близкий друг, а то ведь так, знакомый знакомого моего знакомого едва знакомого. Что же ему теперь, от радости джигу плясать прикажете?

— Посиди, — сказал Макс, выбираясь из-за стола.

В тесном кабинетике он производил впечатление того самого нарицательного слона, мило резвящегося в посудной лавке. Когда за Максом закрылась дверь, Андрей вздохнул с облегчением. Все же руоповец подавлял одним только своим присутствием. «А теперь представь, как должны чувствовать себя новоиспечённые „братки“, попадая в этот кабинет», — подумал он.