Андрей повернулся к стоящему рядом парню. На груди парня висел фотоаппарат, увенчанный длиннофокусным объективом. Видоискатель этой камеры представлял из себя крохотный экран, позволявший снимать практически из любого положения. Андрей оценил предусмотрительность фотографа.

— Успел лицо снять? — спросил он.

— Класс! — Тот расплылся в довольной улыбке и помотал головой. — Это ведь Фролов, да?

— Не знаю.

— Точно, Фролов. Из правительства. Как ты и говорил, старик. Наши ребята его снимали на каком-то открытом заседании.

Парень работал штатным фотографом в одной из очень популярных газет. Это и был «ответный ход», придуманный Андреем.

— А что в сумках? — повернулся к Андрею фотограф.

— Судя по всему, деньги, — ответил тот. — Плата за акции.

— Старик, потом давай поедем к нам в редакцию. Это же бомба, старик. Ядерная! Ураган!

— Нет, — покачал головой Андрей. — У меня нет доказательств. Как только они появятся — приеду сам.

— Старик, только не затягивай, ладно? Это надо горяченьким подавать, прямо из печки. Хорошо, старик?

Фотограф оказался на редкость разговорчивым.

— Пошли вниз, — скомандовал Андрей. — Им, чтобы в камеру хранения попасть, придется полвокзала обходить. Только ты слишком уж не маячь — схватят.

— Кто схватит, старик? — напрягся фотограф.

— ФСБ, ОМОН, РУОП. Я же тебе говорил.

— А, помню. — Фотограф улыбнулся беспечно. — Фиг с ними, старик, пусть хватают. Морду набьют, так первый раз, что ли?

— Ну уж нет, — сказал Андрей, пока они шагали к эскалатору. — Ты должен снять все. Понимаешь? Всё. Включая момент задержания. А то Фролов потом скажет, что он просто вещи на вокзал закинул. В отпуск собирался.

— Они в отпуск на поездах не ездят, старик. Они на самолётах летают, — нравоучительно сообщил фотограф.

— А он скажет, что поехал. Решил не транжирить народные денежки. Ещё один борец с коррупцией. И что ты ему возразишь на это?

— Может быть, ты и прав, старик. Может быть, ты и прав.

Они ступили на эскалатор и поехали вниз.

— Не может быть, а точно, — ответил Андрей. — И потом, для тебя это работа, а для меня вопрос жизни и смерти. Вот так.

— Да, прости, старик, совсем забыл.

— Снимай, только осторожно.

— Хорошо.

Они вошли в подземный зал, остановились, оглядываясь. Андрей заметил Макса. Тот с двумя какими-то парнями стоял чуть поодаль, у ларьков, видимо, перекрывая вход в метро. Руоповцы держали в руках бутылки с пивом, однако уровень жидкости в них не убавлялся ни на кашпо. Камуфляж, подумал Андрей. Макс тоже заметил его, указал глазами влево.

Андрей слегка повернул голову. С другой стороны эскалатора, увлеченно «изучая» книжный лоток, стояли двое крепких ребят в плащах и костюмах. С виду типичные бизнесмены.

Андрей посмотрел на фотографа.

— Справа от меня, у книжной точки, двое в плащах. Это ФСБ.

— Где? — На лице фотографа вспыхнул восторг, смешанный с настороженностью.

— Справа, говорю. Учти, они не должны заметить, что их снимают. Иначе тебе голову оторвут.

— Да я что, не понимаю, что ли, старик? Мы осторожненько.

Фотограф рассеянно повернулся вправо, не поднимая фотоаппарата к лицу, нажал «спуск». Защелкал автоматический затвор.

— Есть, есть, — пропел сквозь стиснутые зубы фотограф. — Класс, старик! Просто класс! Ураган! Пунами!

— А ещё дальше, — продолжал Андрей, — у стены, пьют пиво трое. Эти парни из РУОПа. Только не вздумай их снимать.

— Всего один кадр, старик.

Парень начал поворачивать аппарат в нужном направлении. Андрей посмотрел на Макса. Тот нахмурился, покачал головой: «Нет». Андрей двинул бровями: «Что поделаешь». Руоповец пробормотал что-то беззвучно. Андрей прочёл по губам: «Вашу мать!» Макс наклонился к своим парням, и те быстро повернулись к фотографу спиной, словно бы разглядывая что-то интересное. Щелчок. Ещё один. Третий.

— Отлично, старик. Мы их на снимке кружочком обведём, — захлебывался эмоциями фотограф. — Вот это масштаб, старик. Вот это да! А наши-то тебе не поверили, когда ты звонил.

— Я догадался.

— Ага. А я думаю: съезжу на всякий случай. Всё одно без дела сижу. Класс, старик! Просто бомба! Они, дураки, будут локти кусать от зависти, когда я эту плёночку привезу! Старик, бутылка коньяка с меня!

Андрей повернулся к камерам хранения и тут же заметил Константина Георгиевича, вынырнувшего откуда-то из-за угла. Вокруг сосредоточенно шагала охрана.