— Что случилось, Стас? — крикнул Иван, подходя. — С Петром что-то, да?

— У Петра, слава Богу, все в порядке, — ещё больше хмурясь, буркнул гэбист. — Олег звонил. Он тебя дома не застал. Врачи говорят, раны не опасные. Через недельку можно будет забрать его домой.

— Уф!.. — Иван с облегчением перевел дух. — А я-то уж было, грешным делом, подумал, что-то страшное произошло.

— Произошло, Иван. Произошло. — Стас смотрел на него как-то странно, настороженно. В это мгновение вид у гэбиста был — ну ни дать ни взять шекспировский Макбет в пятом акте. — И кому уж знать об этом, Как не тебе.

Намёк был неприкрытым, лобовым и от этого особенно неприятным. По тону Стаса и дурак бы догадался: гэбист относится к случившемуся всерьез. А поскольку он в силу профессиональных привычек никогда не поднимал шум без должного повода, Иван ни на секунду не усомнился: произошло что-то действительно серьёзное.

— В чём дело, Стас? — спросил он холодно. — Как понимать твои слова?

— Да так и понимай. — Гэбист щелчком отшвырнул окурок, баскетбольно попав в стоящее у соседнего подъезда мусорное ведро.

— И всё-таки потрудись объяснить.

— Заходи, — кивнул Стас на приоткрытую дверь. — Димыч тебе объяснит. Заходи, заходи, не стесняйся.

Сам он при этом переместился Ивану за спину, словно боялся, что тот попытается сбежать.

Они дружно спустились по крутым каменным ступеням.

— Почему открыта дверь? — между делом поинтересовался Иван.

По негласным правилам, существующим в «Холодке», дверь всегда держали закрытой. Разумеется, кроме тех случаев, когда кому-то надо войти или выйти. А чтобы офис стоял нараспашку… такого не случалось ни разу за все время работы фирмы. Никогда.

— Мы не стали ничего трогать, — с неприятной усмешкой произнес топающий за спиной Стас. — Всё как было.

— Как когда было?

— Как утром было. Заходи.

У Ивана создалось впечатление, что ещё немного — и Стас начнёт толкать его в спину. Он шагнул через порог и остолбенел. В офисе царил настоящий погром. Испуганно всхлипывала в углу Танюшка, бродил, переступая через обломки мебели и аппаратуры, Дима. Изредка он приседал, подбирал что-то с пола, вертел в руках и бережно клал на место. Услышав шаги, электронщик повернулся и кивнул:

— Привет, шеф. Я уже позвонил Олегу. Он только добрался. Сказал, побреется, хлебнет кофейку и примчится. — Дима вздохнул и добавил: — Вот такие дела.

Можно сказать, что от офиса не осталось камня на камне. Мебель, вся без исключения, сломана либо перевернута. Мерцал бело-голубым монитор компьютера. «Образцы»-холодильники опрокинуты. Стеллажи тоже повалили на пол. И все вокруг было усыпано бумагами. Повсюду змеились коричневые мотки видеопленки. Валялись осколки кассет, яркие куски плат, сломанные корпуса тестеров, сканеров, датчиков. И посреди этого бардака гордо возвышались телефон, стоящий на старомодной полочке, — его почему-то вандалы не тронули, — и приваренный к стене здоровый несгораемый шкаф.

А на противоположной от входа стене кто-то крупно написал пульверизатором: «Ну, ты-то умнее?»

— И никто не слышан шума? — Иван повернулся к Стасу и тут же понял глупость своего вопроса.

Кто и что мог услышать? Глухой дворик, не проходной. На первом этаже, над подвалом, магазин. Ночью он, разумеется, не работал. Плюс к тому в целях информационной безопасности Пётр распорядился обшить стены и потолок подвала звукоизолирующими матами. Если до первых квартир, расположенных на втором этаже, и доносился какой-то шум, то был он слишком глухим и слабым для того, чтобы кого-нибудь разбудить.

— Никто не слышал, — с напускным, преувеличенным сожалением ответил Стас, и Иван отчетливо различил в его голосе издевку. — Смотри, как все удачно сложилось для этого парня. Никто его не видел, никто ничего не слышал и дверь ему удалось открыть, не оставив ни единой царапины на замке. Ну прям человек-невидимка-неслышимка какой-то.

Этхэго не могло быть. Даже самый опытный взломщик оставляет царапины. Пусть маленькие, но они должны быть. Это известно даже школьникам. Если их нет, значит, дверь открывали не отмычкой, а ключом. А раз дверь открывали ключом, значит…

— Постой, ты же не хочешь сказать, что это сделал кто-то из наших? — оторопело спросил Иван.

— Из ваших, из ваших, — зло оскалился Стас. — Только этот «кто-то» не учел Димкиной исполнительности.

— Что ты имеешь в виду?

— Я все-таки задержался вчера, — смущенно и даже чуть-чуть виновато пояснил электронщик. — Ты сказал, что не надо, а я подумал… все равно у меня бессонница. А так хоть какое-то полезное занятие. Ну и поставил камеры, подключил.

У Ивана вытянулось лицо.