– Однако твои сомнения, Кэлли, ни в коей мере не вредят тому, чем ты занимаешься. Я даже считаю, что без глупой восторженности ты много полезнее на своем месте. И личным исканиям это также не повредит. Тебе просто не следует так близко к сердцу принимать каждую кажущуюся неудачу наших клиентов. Все мы строим свою жизнь с разными степенями успешности. И любой предвестник счастья – это скрытая угроза разочарования. Все в руках Провидения. Следует с этим смириться, когда ничего поделать уже нельзя. Но пока способна влиять на ход событий, ты не имеешь права пасовать.

Джаред звучно захлопнул школьный ежегодник – альбом, к которому не часто обращался за годы, прошедшие со времени выпуска.

Профессор был одинок. Его матери не стало год назад, отец умер вот уже как пятнадцать лет.

В этот миг ему было жаль себя. Старые школьные фотографии и незатейливые записи напомнили ему, что еще не так давно он был другим, молодым и бесстрашным, и в ту пору он не поверил бы, что однажды станет колебаться даже в собственных желаниях, не говоря уже о поступках…

«Белль Марьяж» жил ожиданием одиозной свадьбы Марши Шумахер. Даже Ванесса исходила желанием взглянуть на это розовое сумасшествие.

– Почему ты вдруг заговорила об увольнении? – спросила Ванесса.

– Кто тебе сказал? – напряженно отозвалась Кэлли.

– В салоне коллеги обеспокоены твоим настроем. Тебя это удивляет?

Девушка хмуро покачала головой.

– Ты сейчас как Джозеф. Когда он бывал в смятении, всегда стремился исчезнуть. Считал, что в соседнем штате жизнь проще… Я счастлива, что моя девочка флорист в свадебном салоне. Какая другая работа больше подойдет такому нежному созданию? И что может быть прекраснее красивой женщины в океане цветов? Я горжусь тобой, Каландра Филлипс, – нежно проговорила Ванесса.

– Неужели я так сильно похожа на своего отца? – спросила она мать.

– Что же тут удивительного, милая… Джозеф приучил нас к потерям и расставаниям. Нельзя же сожалеть бесконечно.

– Почему он делал это, мама?! – Изумрудные глаза девушки наполнились искристыми слезами. – Мы были для него недостаточно хороши?

– Я все время задавалась этим вопросом, Кэлли. Принимая его назад, я пыталась измениться, стать такой, какой бы Джозеф хотел меня видеть. Увы. Я пришла к выводу, что его бегства зависят не от внешних причин, но от того, что он не научен справляться с хаосом внутреннего состояния. Если бы он был способен это понять, попытался бы измениться, но нет… Ты другая, ты честная и вдумчивая. И у тебя все получится, – ободряюще заключила мать.

– Послушай меня, дорогуша, – надменно проговорила Белль Маккензи. – Если ты не сумеешь убедить Кэлли и она узнает, что я имею к этому отношение, ты за это поплатишься. Я не шучу, дружок…

– Даю слово скаута, Белль! Все пройдет без сучка, мадам! – торжественно поручился Джаред Таунсенд.

Белль заговорщически кивнула, вполне удовлетворенная таким полудетским ручательством.

– Помогаю тебе только потому, что мне нравятся настойчивые безумцы, одержимые любовью. Жаль только, что и это проходит… – философски посетовала она. – Найдешь ее в патио с Ванессой. Она оставит вас наедине. Надеюсь, ты знаешь, что делать.

– Не сомневайтесь, Белль, у меня есть план, – отчеканил Джаред.

– Удачи, – напутствовала Белль, подтолкнув его в направлении патио.

Кэлли и Ванесса были в патио, где через минуту оказался и Джаред, войдя через стеклянную дверь.

– Джаред?! – искренне удивилась Кэлли. – Что ты здесь делаешь?

– Тебя ищу, – бесхитростно ответил тот.

– Я вас оставлю, – поспешила ретироваться Ванесса.

– Нам нужно поговорить, Кэлли.

– Разве мы еще не исчерпали всех тем? – спросила она.

– Да, мы спорили и не соглашались. Но именно теперь у меня созрел контрдовод. Я уверен, что тебе следует о нем знать, – незамедлительно приступил он к объяснениям.

– Контрдовод?

– Да, неопровержимый аргумент, – подтвердил Джаред.

– И что же это?

– Ты сама, – ответил мужчина, вложив ей в ладонь некий предмет.

Кэлли уставилась на микрофон, который оказался у нее в руках, а после вопросительно посмотрела на Джареда.

– Ты должна спеть.

– Сейчас?

– А как же?! Именно теперь, на этой свадьбе, ты обязана спеть, – решительно проговорил он, взял ее за руку и потянул за собой под розовый тент свадебного шатра.

– Это безумие, – растерянно пробормотала Кэлли, водворенная на сцену.

– Не волнуйся. Мне известен твой репертуар. Тебе остается лишь начать, когда вступит музыка, – проинформировал ее Джаред.

– Дамы и господа, представляем вашему вниманию мисс Кэлли Филлипс! – торжественно объявила Белль Маккензи.