Красная жидкость плескалась в пакете, разгоняя крошечные волны в замкнутом океане. И у меня началась морская болезнь.

Я предостерегающим жестом приложила ладонь к животу:

— Мэллори, лучше положи его на стол.

Она выполнила просьбу, и мы еще пару минут молча смотрели на пакет. Наконец я подняла голову:

— Я думаю, что еще недостаточно проголодалась. Если бы мне действительно была нужна кровь, она выглядела бы более привлекательно.

— А ты не хочешь чего-нибудь другого?

Я обвела взглядом строй коробок на крышке холодильника — запас, сделанный Мэллори во время всеобщей паники, вызванной предполагаемым нашествием вампиров.

— Дай мне «Чанки Шоко». Те, которые с суфле.

— Слушаю и повинуюсь, — ответила она, соскальзывая с табурета.

Подойдя к холодильнику, она достала коробку и протянула ее мне. Я запустила руку в хлопья и вытащила горсть, а потом стала выбирать шарики суфле и отправлять их в рот.

— А ты не хочешь?

— Скоро приедет Марк, — осторожно заметила она. — Если только ты не против.

Марк был приятным, но бесперспективным дружком Мэллори. Я считала, что их отношения не продолжатся больше пары недель.

— Можешь не беспокоиться. Пусть привезет еды из китайского ресторана. Но если он меня будет раздражать, придется его укусить.

Она возмущенно закатила глаза:

— Подлая вампирша!

Пожав плечами, я вытащила еще горсть хлопьев.

— Я тебя просто предупреждаю. Вероятно, я становлюсь настоящим вампиром.

Мэллори фыркнула и вышла из кухни.

— Да, конечно, — бросила она напоследок. — Очень страшный вампир с зернышком красного суфле на подбородке.

Я нащупала суфле, сняла его двумя пальцами и бросила в кухонную раковину. Такие мелочи могут разрушить мою репутацию.

В двадцать пять лет Марк решил, что хочет переплыть Ла-Манш. В двадцать шесть он собрался покорить Эверест. Потом были намерения исследовать цивилизацию Мачу-Пикчу, прыгать с парашютом, охотиться за призраками в Новом Орлеане и участвовать в гонках на соляных озерах в Юте. В отличие от Мэллори, редко строившей планы, Марк все тщательно планировал.

Только ничего не делал.

Этот высокий, тощий юноша с короткими каштановыми волосами вихрем ворвался в дверь дома, держа в руках несколько путеводителей, свертки карт и два бумажных промасленных пакета.

— Китайская кухня! — воскликнула Мэллори, выбегая в холл.

Она небрежно поцеловала Марка в щеку, схватила пакет с едой и направилась на кухню. К тому времени я уже снова принялась за чтение, но при появлении Марка отложила книгу на кофейный столик.

— Мерит.

Он кивнул мне, свалил свои книжки на кушетку и последовал за Мэллори.

— Привет, Марк.

Я с дивана помахала ему и бросила взгляд на его книги. На обложках красовались горные вершины, заголовки гласили:

Значит, следующим пунктом в планах Марка стоит Маттернхорн. Прожектер!

— У нее появились клыки! — крикнула ему Мэллори. — Так что будь осторожен.

Марк на полпути в кухню остановился как вкопанный и с идиотской ухмылкой уставился на меня:

— Черт. Меня. Побери.

Я закатила глаза, поднялась с дивана и выхватила у Марка оставшийся пакет с едой.

— Ну и пусть черт тебя заберет. Ты привез крабов в тесте?

Он озадаченно нахмурился:

— А зачем вампирам крабы в тесте?

Мы вместе вошли на кухню. Поставив пакет на стол, я рылась в нем, пока не отыскала коробочку крабов, жаренных в жирном нежном тесте, и пакетик с кисло-сладким соусом. Я разорвала обе упаковки, обмакнула кусочек краба в соус и положила в рот. Крабы были еще горячими, и я, застонав от наслаждения, смаковала каждый кусочек — сладко-соленый, хрустящий и нежный. Все, что требуется новообращенному вампиру.

— Похоже, она словила оргазм, — проворчала Мэллори, распаковывая коробки с едой.

Она открыла одну из коробок, достала палочки, покопалась в контейнере и вытащила ломтик брокколи.

— И как давно ты стала ходячим мертвецом? — спросил Марк.

Мэллори поперхнулась, и я по-дружески стукнула ее по спине.

— Уже второй день, — ответила я, вытаскивая еще кусочек райского кушанья. — До сих пор обошлось без осложнений.

Мои слова оказались пророческими.