— Ты не стала не-умершей, ты не стала ходячим мертвецом, и Баффи — не пример для подражания. Ты не умерла той ночью. Твоя кровь была заменена. Твое сердце никогда не переставало биться. В генетическом отношении ты стала лучше, чем прежде. Стала хищником. Взошла на вершину пищевой пирамиды. Я сделал тебя бессмертной, если только ты сама не станешь нарываться на неприятности. Если будешь следовать правилам, то проживешь долгую продуктивную жизнь в качестве вампира Дома Кадогана. Да, кстати, Элен снабдила тебя всем необходимым? Ты получила копию «Канона»?

Я кивнула.

— Ты уже принимала кровь?

— Мне доставили расфасованную кровь на дом, но я еще не пробовала ее. Честно говоря, она выглядит не слишком аппетитно.

— Ты получила достаточную дозу во время превращения, поэтому еще не почувствовала жажду. Подожди еще денек. Ты изменишь свое мнение, когда ударит Первый Голод. — Уголки губ Этана дрогнули, и он улыбнулся. Его улыбка была обезоруживающей — он стал как будто моложе, счастливее и человечнее. — Как ты сказала? Расфасованная кровь?

— Именно так. Почему тебя это насмешило?

— Потому что ты — вампир Дома Кадогана. Ты можешь пить кровь непосредственно из людей или из других вампиров. Только не убивай их.

Я приложила руку к животу, словно этот жест мог успокоить волну отвращения, взбудоражившую желудок.

— Я не собираюсь никого кусать! Я не желаю пить кровь ни из пластиковых мешков, ни из людей. Нельзя же вот так просто, — я махнула рукой, — подойти и впиться в шею человека!

Этан прищелкнул языком:

— Подумать только, у нас почти получился нормальный разговор. Мерит, ты же уже взрослая. Тебе придется смириться с обстоятельствами, и как можно быстрее. Нравится тебе это или нет, но твоя жизнь изменилась. Тебе придется приспосабливаться к ситуации с учетом того, кем ты стала.

— Я знаю, кто я, — заверила я его.

Золотистые брови взлетели на лоб.

— Ты знаешь, кем ты была. А я знаю, кто ты сейчас и кем ты станешь, Мерит.

— И кем же?

Его лицо выражало невозмутимую и непоколебимую уверенность.

— Моим вампиром. Моей подданной.

Собственнический тон пробудил во мне гнев, который стал расти и расцветать, согревая меня до пальчиков ног. Тепло казалось приятным, хотя возникло еще одно странное ощущение — как будто это был не мой гнев, а гнев во мне. Но каким бы ни был источник, чувство было всепоглощающим и сильным. Я встала.

— Хочешь доказать эту теорию? — спросила я слегка охрипшим от волнения голосом.

Этан уставился на мой рот и облизнул губы. Но его ответ, прозвучавший через несколько секунд, был сдержанно-официальным. И невозмутимым. Так вельможа отчитывает мятежного слугу.

— Вы забываетесь. Вам всего два дня от роду, а мне — триста девяносто четыре года. Вы действительно хотите испытать свои силы в схватке со мной?

Я сваляла дурака. Я понимала, что должна произнести отчетливое «нет». Но мое тело, судя по всему, решило действовать совершенно независимо от разума и с неизвестно откуда взявшейся бравадой произнесло:

— Почему бы и нет?

После этого воцарилось тяжелое молчание, нарушаемое лишь гулкими ударами моего сердца. Затем Этан, вставая, резко отодвинул свое кресло.

— Идите за мной.

— Что ты наделала?

Мы с Мэллори шли вслед за Этаном по первому этажу.

— Я сама не знаю, — прошептала я. — Вампир Мерит оказалась намного смелее, чем человек Мерит.

— Да уж. Но тебе стоит поскорее научиться управляться со своей новой генетикой, потому что вампир Мерит только что загнала себя в опасную ловушку.

Мы свернули направо, спустились на несколько ступеней, прошли еще через один холл и оказались перед старинными деревянными дверями. За ними открылась огромная и светлая комната, в центре которой на дощатом полу лежали маты. Двадцати-футовые стены до половины были покрыты полированными деревянными панелями, а выше, под выступающими балконами, красовалась внушительная коллекция антикварного оружия: мечи, палицы, луки, топоры и всевозможные кинжалы.

Этот зал был предназначен для схваток.

Спустя мгновение я в полной мере осознала ситуацию.

— Ты, верно, шутишь? — спросила я, поворачиваясь к Этану. — Неужели ты и вправду решил, что я собираюсь с тобой сражаться?

Он холодно посмотрел в мою сторону и расстегнул пуговицу на рубашке. Ответ был ясен, и я отвела взгляд, чтобы не видеть его загорелой груди.

Я прошла в центр зала, полагая, что буду чувствовать себя увереннее, если хорошенько осмотрюсь. Здесь был собран внушительный арсенал: пара скрещенных копий с голубыми ленточками у наконечников; тяжелый палаш; черный деревянный щит, на котором был изображен золотой дуб с красными желудями; целый набор готовых к бою катан.