— Нет, спасибо! У нас на сегодня намечено катание на каяках. Если сумею встать, конечно.

— Я пришлю тебе бутылочку мартини для поправки здоровья.

— Заранее благодарен, — поморщился Далгрен.

Бирюзовый джип Дирка Питта мчался по все той же, что и накануне, магистрали 1–5, только в противоположном направлении. По обе стороны шоссе на десятки миль тянулись великолепные хвойные и смешанные леса — главная достопримечательность западной части штата Вашингтон. Езда по лесистой местности всегда действовала на Дирка расслабляюще и умиротворяюще; внимание практически не отвлекалось, и мысли текли свободно и ровно. Имея в запасе достаточно времени, он решил сделать крюк и прокатиться вдоль побережья от Уиллапа-бей и устья реки Колумбия по историческим местам, связанным с именами первооткрывателей Льюиса и Кларка, ступивших на эту землю в далеком 1805 году.

Переехав реку по четырехмильному мосту Астория-Меглер, Дирк очутился в старинном рыбацком порту Астория. На остановке у светофора его внимание привлек дорожный указатель с надписью «УОРРЕНТОН, 8 МИЛЬ». Движимый любопытством, он свернул на запад и вскоре пересек границу штата.

Численность населения небольшого городка на северо-западе Орегона составляла около четырех тысяч человек. Не прошло и нескольких минут, как Дирк обнаружил искомое учреждение на центральной улице. Припарковав джип, он поднялся по бетонным ступеням и толкнул дверь с табличкой: «УОРРЕНТОНСКАЯ ПУБЛИЧНАЯ БИБЛИОТЕКА».

Библиотека оказалась сравнительно небольшой, но выглядела так, будто существовала минимум шесть-семь десятилетий. Ноздри сразу защекотал неповторимый запах старых книг и еще более древних наслоений пыли. Дирк подошел к высокой металлической стойке. Женщина лет пятидесяти с коротко подстриженными светлыми волосами с подозрением уставилась на вошедшего, близоруко щурясь сквозь стекла очков в старомодной оправе. На зеленом пластиковом бейджике, пришпиленном к ее блузке, было написано: МАРГАРЕТ.

— Доброе утро, Маргарет, — вежливо улыбнулся посетитель, — Меня зовут Дирк Питт. Могу ли я ознакомиться с материалами местной прессы начала сороковых, если таковые сохранились в вашем фонде?

Взгляд библиотекарши заметно потеплел.

— Да, конечно, мистер Питт. «Уоррентон ньюс» закрылась в тысяча девятьсот шестьдесят четвертом, и у нас имеются полные годовые подшивки, начиная с тридцатых. Проходите, прошу вас. — Маргарет прошла в дальний угол хранилища и принялась рыться в шкафу, — Кстати говоря, что конкретно вас интересует? — осведомилась она — больше из любопытства, чем желания помочь.

— Все, что касается обстоятельств гибели семьи из четырех человек в тысяча девятьсот сорок втором году в результате отравления.

— Да это же Ли Хант! — воскликнула Маргарет, — Он был другом моего отца. В свое время эта история наделала много шума. Если мне не изменяет память, дело было летом, — пробормотала она, продолжая копаться в старых газетах, — А вы что, родственник или знакомый Хантов?

— Нет, всего лишь историк-любитель, которого заинтересовала их загадочная смерть.

— Вот, нашла! — Маргарет выпрямилась, демонстрируя пожелтевший от времени газетный лист, датированный 21 июня 1942 года. Типичный образчик локальной прессы: погода, периодичность приливов и отливов, рыболовная статистика, несколько рекламных объявлений и местные новости. Она разложила газету на столе. В глаза Питту сразу бросился набранный крупным шрифтом заголовок на первой полосе:

— А заключение коронера было опубликовано? — осведомился Дирк.

Маргарет снова вернулась к подшивке и вскоре прочла вслух короткую заметку, в которой читателей информировали, что коронер подтвердил версию шерифа о случайном отравлении парами цианида.

— Только отец никогда не верил в случайное отравление, — добавила библиотекарша.

Немало удивленный ее безапелляционным тоном, Дирк задумался и — пришел к тому же выводу.

— Да, что-то тут не вяжется, — признал он, — С чего бы им помирать на свежем воздухе, а не в мастерской, где они якобы надышались отравы?

— Вот и отец твердил то же самое! — торжествующе воскликнула Маргарет, — А еще он говорил, что власти сделали большую ошибку, не приняв во внимание птиц.

— Птиц? Каких птиц?

— Рядом с телами Ханта и детей нашли около сотни мертвых чаек. Па до конца жизни считал, что они стали жертвами какого-то эксперимента военных с засекреченной базы Форт-Стивенс, располагавшейся по соседству. Но прошло столько лет, что концов теперь вряд ли сыщешь.

— Многое, что творилось во время войны, до сих пор скрыто завесой секретности, — согласился Дирк. — В любом случае, Маргарет, огромное спасибо вам за помощь и информацию.