– Ты считаешь, что это Реннат накликал шторм? Значит, он обладает силой, величины и сути которой никто из нас не в силах осмыслить. Способен ли чародей на такое, даже если получил, чертов титул главного? Не хочется в это верить, но, похоже, иного выхода нет. Это означает также, что Джаред – единственный, кто способен оплатить долг. Если это затеял не Реннат, тогда, вероятно, Беленус, чародей, о котором писал Саримунд, или Таранис, дракон Саллас-Понда? Он все же бог, бессмертный и всесильный! Именно поэтому нам подсунули книгу? Но почему Грейсону, а не одному из нас?

Розалинда подошла к большому письменному столу красного дерева, остановилась на секунду у кресла призрака и, нагнувшись, сказала в невидимое ухо:

– Мог бы, и помочь немного! Спеть, но не всякие непристойные глупости, а песню, имеющую глубокий смысл.

Молчание.

Розалинда уселась за стол.

– Мне нужны бумага и карандаш. Я хочу записать все вопросы. Потом мы попытаемся постепенно на них ответить.

Она взяла бумагу и стала писать. Николас молча наблюдал за ней. Наконец она подняла глаза и сказала, четко выговаривая каждое слово:

– Самый первый и главный вопрос: почему ты женился на мне? Ты единственный, кто знает ответ. Объяснись.

Его мозг, до этого момента работавший с бешеной скоростью, мгновенно отключился. С губ не сорвалось ни единого слова.

– Хорошо, – бесстрастно констатировала она, – я не стану осуждать тебя за молчание. Потому что твой ответ вряд ли будет лестным для новобрачной, не так ли? Позволь мне ответить за тебя. Ты женился, зная, что если хочешь понять, в чем заключается суть этого долга и что необходимо делать, дабы избавиться от назойливого сна и той непосильной тяжести обязательств, лежавших на твоей семье в течение двухсот лет, то я должна быть рядом. Я вполне сознаю так же, как сильно ты боишься, что я ускользну от тебя. Полагаю, ты женился на мне по обязанности.

Она принялась записывать свою речь. Николас вскочил.

– Черт побери, нет! – завопил он.

Розалинда посмотрела на него в упор. На его бледном лице выделялись черные, как безлунная ночь, глаза. Под ее суровым взглядом он медленно опустил голову.

– Да, именно так и произошло. Розалинда, не выпуская карандаша, поднялась:

– Сколько же всего случилось с того вечера, когда мы впервые встретились. Сколько всего необъяснимого произошло! Бьюсь об заклад, причина в том, что два главных игрока наконец-то вместе. Помнишь, я как-то спросила, был ли твой дед чародеем, и ты ответил, что не знаешь. Но все же добавил, что ему было известно многое из того, о чем простые люди понятия не имеют.

– Помню. В нем было нечто необыкновенное. Магическое. Теперь я могу сказать это, не испытывая презрения к себе.

– Допускаю, что твой дед был волшебником. Волшебство у вас в роду, начиная с капитана Джареда Вейла, и, следовательно, ты тоже обладаешь сверхъестественными силами. Нет, не спорь, это так! Скажи, ты считаешь, что существо, спасшее капитана, – один из моих древнейших предков?

Она ясно видела, что Николас не хочет отвечать, но он все же выдавил:

– Вполне возможно.

– Итак, если капитан Джаред был чародеем, а Реннат спас его, чтобы вырвать обещание платить по долгам, значит, он, скорее всего, знал, что я попала или попаду в беду, и буду нуждаться в спасении. В свое время. Когда что-то со мной случится.

Николас снова кивнул.

– Ты веришь в то, что я колдунья? Веришь, что кто-то пытался убить меня? Убить, потому что знал, кто я такая? Знал, что происхожу из рода чародеев, и боялся, что могу ему навредить? Кого пытался уничтожить неизвестный: колдунью или отпрыска древнего чародея?

– Откуда мне знать? – бросил Николас и, подойдя к жене, положил руки ей на плечи. – Я действительно не знаю, Розалинда, но считаю, что все постепенно прояснится.

– Ничего не прояснится, Николас, если не считать того, что ты женился на мне в полной уверенности, что обязан это сделать. Как некогда Джаред – на наследнице Уайверли.

– Женитьба на тебе – самый значительный поступок в моей жизни.

– Тебе были абсолютно безразличны мои желания.

– Ты хотела меня и даже не скрывала этого. Я ни к чему тебя не принуждал. Не заставлял делать что-то против воли.

– Просто мы вступили в брак по разным причинам. Николас ничего не ответил.

– Впрочем, какая разница? – продолжала она. – Тебе было все равно, кто я, откуда пришла и во что верила.

– Не будь идиоткой. Конечно, мне не все равно!

– Почему при встрече на балу ты был так уверен, что я та самая девочка? Ведь теперь я почти на нее не похожа!

Николас пожал плечами, но не убрал рук. Боится, что она удерет? Возможно.

– Я знал. Точно знал. И больше мне нечего сказать.

– Итак, ты нашел девочку, которую видел во сне. Тебя буквально подвели к ней. Я права?