Он вспомнил, как однажды ночью поднялся на вершину горы и говорил с ангелом. Однако с тех пор, как был разрушен Акбар, он больше не слышал голоса с небес. — Господи, сегодня День Покаяния. Я много согрешил пред Тобою, — сказал он, повернувшись в сторону Иерусалима. — Я был слабым, потому что забывал о собственной силе. Был мягким, когда нужно было быть твердым. Не делал выбора из страха принять неверное решение. Я слишком рано отрекся и проклинал Тебя, вместо того чтобы быть благодарным. Господи, но и Ты согрешил предо мною. Ты заставил меня страдать свыше моих сил, Ты забрал из этого мира ту, кого я любил. Ты разрушил город, который дал мне кров, Ты сбивал меня с пути. Твоя жестокость заставила меня почти забыть о любви к Тебе. Все это время я боролся с Тобой, а Ты не хочешь принять мою борьбу.

Если сравнить мои грехи и Твои, то увидишь, что Ты у меня в долгу. Но поскольку сегодня День Покаяния, прости меня, и я прощу Тебя, и мы сможем дальше идти вместе. В этот миг подул ветер, и он почувствовал, что с ним говорит его ангел:

— Ты поступил правильно, Илия. Бог принял твою борьбу. Из глаз Илии хлынули слезы. Он упал на колени и поцеловал сухую землю долины. — Спасибо, что ты пришел ко мне, ибо во мне еще живо сомнение: не грех ли так поступать? Ангел молвил:

— Разве воин обижает своего учителя, когда борется с ним?

— Нет. Это единственный способ научиться бороться. — Так продолжай борьбу до тех пор, пока Господь не призовет тебя в Израиль, — сказал ангел. — Поднимись! Докажи, что твоя борьба нужна, ибо ты сумел направить свой корабль против течения неизбежного. Многие плывут по этому течению и терпят бедствие. Других это течение увлекает в чужие им края. Ты же не боишься встречного ветра, ты выбрал верный курс и стараешься обратить боль в действие. — Жаль, что ты слеп, — сказал Илия. — А то увидел бы, как сироты, вдовы и старики смогли возродить город. Скоро все станет таким, как прежде.

— Надеюсь, что не станет, — сказал ангел. — Ведь они слишком дорого заплатили за то, чтобы изменить свою жизнь. Илия улыбнулся. Ангел был прав.

— Надеюсь, ты будешь действовать как те, кому дан еще один шанс: не совершишь ту же ошибку дважды. Никогда не забывай о смысле своей жизни.

— Не забуду, — ответил он, радуясь, что ангел вернулся.

Караваны больше не шли через долину. Должно быть, ассирийцы разрушили дороги и проложили новые торговые пути. Каждый день на единственную уцелевшую башню городской стены поднимались дети. Им было поручено следить, не покажется ли на горизонте ассирийское войско. Илия готовился достойно их встретить и передать им власть.

Затем он покинет Акбар.

Но с каждым новым днем он чувствовал, что Акбар — это часть его жизни. Может быть, его предназначение не в том, чтобы свергнуть Иезавель, а в том, чтобы остаться здесь с этими людьми до конца своих дней. Возможно, ему уготовано стать жалким рабом ассирийцев. Он будет помогать восстанавливать торговые пути, выучит язык врага, а в свободное время будет заниматься библиотекой, которая с каждым днем пополняется все новыми табличками. Когда-то ночью он увидел город, лежащий в руинах, и ему тогда показалось, что все кончено. Теперь он думал иначе: несчастье поможет преобразить город, сделать его еще прекраснее. Будут расширены дороги, возведены более прочные крыши, а воду из колодца можно будет доставлять по трубам в самые дальние концы города. Возрождалась и его душа. Каждый день он узнавал что-нибудь новое от стариков, детей и женщин. Эти люди тоже изменились. В свое время они не покинули Акбар, так как были беспомощны. Теперь же они полны сил и знают, что нужно делать. «Если бы наместник только мог представить себе, на что способны эти люди, он организовал бы защиту города иначе, и Акбар не был бы разрушен».

Поразмыслив немного, Илия понял, что ошибается. Акбар должен был быть разрушен, чтобы пробудить дремавшие в людях силы.

Прошло несколько месяцев, а ассирийцы так и не появились. Акбар был почти полностью восстановлен, и Илия теперь мог подумать о будущем. Женщины отыскивали уцелевшие ткани и шили из них новые платья. Старики налаживали быт и отвечали за порядок и чистоту в городе. Дети помогали, если их просили об этом, хотя чаще проводили дни в играх — основном своем занятии.

Илия и мальчик жили в небольшом каменном доме, построенном там, где раньше было городское хранилище. Каждую ночь жители Акбара собирались вокруг костра на главной площади и рассказывали истории из своей жизни. Илия и мальчик записывали их рассказы. На следующий день они обжигали таблички. С каждым днем библиотека пополнялась. Женщина, потерявшая сына, тоже изучала буквы Библоса. Когда Илия увидел, что она умеет складывать слова и предложения, он попросил ее обучить алфавиту и остальных. Когда вернутся ассирийцы, жители Акбара смогут служить при них переводчиками или учителями.

— Это как раз то, чему пытался помешать жрец, — сказал однажды старик. Он дал себе имя Океан, чтобы душа его была такой же безбрежной. — Он не хотел, чтобы письменность Библоса сохранилась и прогневила богов Пятой Горы. — Кто может предотвратить неизбежное? — произнес Илия. Днем люди работали, вечером собирались вместе и смотрели на заходящее Солнце. А потом они рассказывали друг другу истории.

Видя, как постепенно город возрождается, Илия испытывал гордость и все больше привязывался к новому Акбару.

По лестнице башни сбежал один из мальчуганов, стоящих на дозоре Акбара.

— Я видел пыль на горизонте! — взволнованно проговорил он. — Враг идет обратно! Илия поднялся на башню и убедился, что мальчик говорит правду. Он рассчитал, что уже на следующий день ассирийцы будут у ворот Акбара. В тот же день он попросил жителей города не ходить к Пятой Горе, а собраться на площади. Когда все собрались, Илия заметил, что люди охвачены страхом. — Сегодня мы не будем рассказывать истории о прошлом и не будем говорить о будущем Акбара, — сказал он. — Давайте поговорим о нас самих.