Этна, коварно ухмыльнувшись, выпустила Феникс. Та пробкой вылетела с дивана и умудрилась повалить обоих шакаи-ар. Пока хохочущая куча на полу пыталась распутаться и определить, где чьи руки-ноги, а Этна наблюдала за действом, попивая остывающий чай, сладкая парочка Ди-Джей на соседнем диване украдкой поцеловалась.

— Знаешь, а ведь у меня тоже было что-то похожее, — вдруг созналась Айне, и я, погруженная в свои мысли, не сразу поняла, что она имеет в виду. — Только не в тот день, а раньше — месяц или неделю, сейчас уже не вспомню. Тогда еще в нашей школе одна парочка поженилась, с согласия родителей. Я подумала — вот ведь, семнадцать лет всего, а уже так счастливы! И… — она запнулась. — И тогда я впервые решилась заглянуть в свое будущее. Далеко, как только смогла… Знаешь, что там было? — глаза ее сверкнули голодной волчьей желтизной.

По спине пробежал холодок.

— Нет.

— Ничего, — без улыбки ответила пророчица. — Ничего. Ни семьи, ни любви. Только дар предвиденья, становящийся от года к году все сильнее. И меня обуял страх. Он заставлял погружаться глубже и глубже в перепутанные варианты будущего, пока в одном из них я не увидела угасающий дар — и свою семью. Счастливую семью!

— И что ты сделала? — хрипло спросила я. Давно Айне не случалось так откровенничать. Обычно она была крайне скрытной и рассудительной, капельку насмешливой, самоуверенной, но открытой — никогда.

— Что сделала… — задумчиво протянула Айне. — Совершила преступление, вот что. Выбрала этот вариант будущего и произнесла пророчество. А когда рассмотрела его внимательней, оно оказалось… довольно мрачным. Мое счастье было рождено из горя других людей. Близких мне. Честно говоря, я до сих пор пытаюсь исправить то, что натворила тогда в запале. С тех пор стараюсь взвешивать все, что говорю. И чувствую себя… виноватой.

— За что? За то, что хотела счастья? Да брось, — я выдавила из себя ободряющую улыбку, хотя больше всего на свете мне хотелось сбежать подальше отсюда, на край света… или хотя бы в другую комнату. Просто для того, чтобы не слышать. — Неужели все так серьезно, Айне?

Она посмотрела на меня — с тоской.

— Серьезно. Нэй, это напрямую связано с… — пророчица осеклась. И почти сразу в дверь деликатно постучали.

— Максимилиан! — подскочила я.

Куча на полу в спешном порядке распуталась и благочинно расселась по разным диванам. Феникс так и вовсе невинно сложила ручки на коленях. Ди усмехнулся и только крепче обнял свою драгоценную Джей.

— Да-да!

Дверь приоткрылась. На пороге стоял смущенный подросток — определенно из шакаи-ар, но еще не инициированный. Рыжевато-каштановые волосы трогательно топорщились.

— Эстиль Найта, вас брат зовет. Спуститесь вниз?

— Хелкар? — искренне удивилась я. — А почему он к нам не хочет зайти? Ленится, что ли?

— Нет, — еще больше стушевался подросток. — Он сказал, что хочет поговорить наедине. Мол, дело какое-то семейное.

— Что-то с мамой? — нахмурилась я. «Лучики» тоже напряглись. — Да нет, она сказала, вернется через полчаса, еще рано… Подождите, ладно? Я сейчас схожу к Хэлу, узнаю, что произошло.

— Куда мы денемся, — хмыкнул Ди. — Беги давай.

В коридоре было тихо, темно и прохладно, словно в заброшенном доме. Проходя мимо двери в приемный зал, я мельком заглянула внутрь — и замерла. Максимилиан и Тантаэ сидели рядом на полу среди обломков мебели, держась за руки, не глядя друг на друга — растерянные и немного помятые. Лицо Пепельного князя перечеркивала кровоточащая царапина. От футболки Ксиля остались одни лохмотья. В воздухе витал отчетливый запах гари.

— Беседуют, — негромко произнес подросток, подталкивая меня в спину. — Не надо их беспокоить. Пойдемте.

Я только покачала головой и молча последовала за посыльным. Странная выходит… беседа. Впрочем, шакаи-ар — вообще странные существа.

— Сюда, пожалуйста, — провожатый открыл дверь, впуская меня в обширный холл. У самого выхода из здания стоял Хэл, облокотившись на стену, и мял в руках какую-то бумажку.

— Нэй, здравствуй! — крикнул он, заметив меня, и чуть ли не бегом кинулся навстречу. Выглядел брат весьма неуверенно.

Мальчик-шакаи-ар исчез так же незаметно, как и появился. Я и оглянуться не успела, как в холле остались только мы с братом.

— Нэй, тут такое дело… — кашлянул Хелкар и нахмурил брови. — В общем, из Кентал Савал через зеркало пришла записка… Тебе, от Лиссэ. Ну, я подумал — чего там такого может быть и прочитал. А там… ну, сама увидишь, — он протянул мне истерзанный клочок и отвернулся.

Я расправила бумажку и подошла поближе к окну — света в резиденции шакаи-ар для моих глаз не хватало. Руны были острыми, словно начерканными второпях, и чуть смазанными.

Записка была непростительно короткой: